— Что ж, в сложившихся обстоятельствах это лучший итог из всех возможных. Я могу идти?

— Да. — Обер-комиссар кивнул. — Ректор в своём кабинете?

— Должен быть.

— Хорошо. Прямо-таки замечательно… — Мужчина широким шагом подошёл ко входной двери, распахнул её и вышел в коридор, шуганув студентов, проходивших мимо и не ожидавших появления человека в форме старшего комиссара отдела, вызывающего опасение у всех более-менее перспективных псионов. — До скорой встречи, Виктор Васильевич.

Ответственный за работу со студентами не стал ничего говорить, выйдя в коридор и проводив взглядом широкую спину бывшего ученика. Ему сильно повезло с тем, что сюда прибыл именно Ворошилов, так как кто-то другой мог и не проявить такой мягкости. Нет, решение одного обер-комиссара не обезопасило Виктора Васильевича окончательно, но дала ему солидный шанс оправдаться и сохранить за собой нынешний пост, привилегии и доброе имя. Что с учётом допущенной ошибки уже очень и очень немало: головы порой снимали и за меньшее.

Потратив на раздумья пару минут, умудрённый опытом боевой псион первого поколения ступил в коридор, заперев за собой кабинет: благо, опытному телекинету для этого не нужно было даже напрягаться. Впереди его ждал напряжённый, полный дел день, исход которого нельзя было предсказать сколь-нибудь точно…

* * *

Немногим ранее, центральный холл главного здания академии.

Сам разговор занял совсем немного времени, так что меня, похоже, даже «потерять» не успели. Ксения стояла у своей любимой стены меж массивных резных колонн, но смотрела не наверх, где на фреске всё ещё пятном выделялось место её отца, а на нестройные потоки студентов, снующих по лестницам. Цеплялась за них взглядом, фонтанируя то сожалением и тоской, то тёплой ностальгией, то неприязнью и ярчайшим гневом. Я мигом ухватился за эту возможность, ускорив сознание и начав сопоставлять её взгляды с эмоциями, формируя, так скажем, основу «списка своих-чужих». Понятное дело, что в таком виде список этот в дело не пойдёт, но с чего-то же надо было начинать?

Вот я и начал, в течение десяти минут не только запоминая лица, но и разбираясь со своим сознанием, рассортировывая всё «по полочкам», избавляясь от ненужного и поднимая на поверхность самое важное. Это всё равно пришлось бы делать, просто сейчас выпала хорошая возможность не заниматься тем же самым во время разговора, когда лично мне хотелось бы всецело сконцентрироваться на своих собеседниках, окружении и приятном общении. И простоял бы я так ещё долго, если бы девушка не обернулась и не заметила меня, подпирающего спиной стену чуть в стороне от венчающей лестницу арки. Пришлось «отлипать» и выдвигаться ей навстречу, отложив завершение дел с собственными мозгами на потом.