Выросшие из очередной религиозной группировки, подчинившей и поглотившей конкурентов, они являли собой существенную силу, не чурающуюся даже самых отвратительных методов.

— Пошевеливайтесь, погрузка должна быть завершена через сорок минут! — Прикрикнул бородач, размахивающий видавшим виды автоматом. Рабы, — а никем иным невольных работников считать было нельзя, — засуетились пуще прежнего, на некоторое время увеличив темп перемещения коробов с разнообразным снаряжением в кузов грузовика. — Совсем расслабились, бесполезные!..

— И не говори, аху. — Второй сепаратист, «круто» закинув автомат на плечо, деловито закивал. — Не успеем — с нас головы снимут…

— Так помогайте, Шайтан бы вас побрал! — Выругался мужчина из тех, кого сюда силой пригнали сугубо для силовых работ. Ему было страшно, но гнев в этот конкретный момент оказался сильнее.

Лицо бородача перекосилось, а глаза налились кровью:

— Кельб! Как смел ты открыть свою пасть⁈ — Он вскинул автомат, как показалось сначала, чтобы пригрозить, но спустя миг громыхнула короткая очередь. Пули прошили ноги «бунтаря» чуть выше колен, и мужчина с диким воплем рухнул на землю, хватаясь за раздробленные конечности. Кровь хлынула на бетон, жутким узором растекаясь по мелким выщербинам. Бородач широкими шагами подошёл ближе, сплюнув прямо на корчащегося человека. — Вот твоя помощь, ибн-аль-хель. Теперь ты бесполезен вдвойне! Доигрался, хмар⁈

Бородач с силой пнул мужчину по раненой ноге.

Второй сепаратист в это же время равнодушно посмотрел на часы:

— Аху, не пачкай его смердящей кровью это место больше, чем необходимо. Тащи его к свалке. — Он передёрнул затвор автомата, окинув взглядом остальных рабов, сжавшихся в ужасе и побледневших. — Чего встали⁈ Пошевеливайтесь! Или хотите присоединиться к этой смрадной псине⁈

Рабы тут же посрывались со своих мест, дрожащими руками хватая ящики и оттаскивая в кузов грузовика. Сепаратист довольно ухмыльнулся, глядя на бородача, схватившего подстреленного раба за ногу и потащившего его в «отстойник», откуда уже не было ни единого шанса выбраться живым.

Когда бородач скрылся из виду, второй сепаратист обратил всё своё внимание на рабов, которые вполне могли попытаться воспользоваться отсутствием одного из надсмотрщиков. Но те, перепуганные до полусмерти, усердно таскали ящики, даже не думая ни о чём таком.

Сепаратист отошёл чуть в сторону, как вдруг где-то наверху громыхнуло…

Немногим ранее, центральный зал командного бункера.

Абдулла аль-Захири, главнокомандующий повстанцев, стоял, склонившись над тактическим столом, и не мог скрыть своего гнева. Багровое, пошедшее пятнами лицо, бешеный взгляд — всё указывало на то, что он готов вот-вот взорваться.