И сквозь неё сейчас продирался цесаревич Владимир, шагающий по устилающим мраморные коридоры алым коврам, скрадывающим шаги и его самого, и следующей за ним по пятам свиты: самых лояльных людей, которым он мог доверить свой замысел чуть более, чем полностью.

И, конечно же, положиться на их мнение для разработки плана, который позволит всё же добраться до столицы Калифата живым и свободным, а не в качестве обезображенного трупа или дипломатического заложника.

— Повторяться не буду. — Владимир остановился перед одной из дверей, взглядом шуганув охранников, поспешивших скрыться из виду, чтобы просто не услышать нечто, не предназначенное для их ушей. — Собой понапрасну не рискуйте и меня чрезмерно не прикрывайте. Даже если выиграете несколько часов — этого уже будет достаточно. Основные задачи я решил, и наш дипломатический корпус легко справится с остальным.

— Я могу ещё раз попросить вас передумать, господин? — Мужчина солидных лет обратился к цесаревичу, склонив голову.

— Если только попросить. — Владимир криво, как-то механически усмехнулся. — Моё решение не поменяется, так как направлено оно на благо и Трона, и меня лично. Машина готова?

— Через девять минут будет во внутреннем гараже. — Мужчина кивнул, чуть замешкавшись. — Там же вас будет ожидать охранение.

Владимир не собирался брать с собой многих или лучших, потому как это в любом случае не поможет, коли события начнут развиваться по нежелательному сценарию.

Многое можно было сказать о правителях, солдатах и псионах востока, но назвать их слабыми или слабовольными… были способы позорно умереть и поприятнее, это Владимир уяснил железно ещё во время уроков «реальной политики», той, в которой было очень много наглядных примеров. Сколько носителей крови Романовых сгинуло там, на востоке, подбрасывая дров в топку костра взаимной ненависти? Сколько поводов не искать примирения с соседями они тем самым подарили Империи?

Настолько много, что цесаревичу не хватило бы пальцев на руках, вздумай он их пересчитать…

— Прекрасно. Все свободны, до транспорта я доберусь сам. Не подведите меня. — Последнее он добавил несмотря на то, что и так знал — эти люди сделают всё возможное.

— Ваши приказы будут исполнены в точности, господин. — Отозвавшись в унисон, члены свиты цесаревича склонили головы, и подняли их лишь после того, как тот скрылся за дверью.

А после, обменявшись многозначительными взглядами, направились каждый на свою позицию: в ближайшие часы им очень нежелательно было лишний раз пересекаться с телепатами Трона или с его непосредственным Хозяином…