— Рад, что ты смог прийти, — сказал Чёрч. — Садись.
Мираж сел рядом со мной и Ститчем. Я протянула руку к нему, он взял мою ладонь, быстро сжал её и отпустил.
— Вы трое, — начал Чёрч, переводя взгляд с меня на Ститча и Миража. — Прошлой ночью я поговорил с остальными. Мы пришли к соглашению. Ну, или к уговору.
Я подалась вперёд, гадая, что происходит.
— Я в деле, — тут же отозвался Мираж.
Чёрч вскинул бровь, глядя на него.
— Ты ещё даже не выслушал, что я хочу сказать.
Мираж постучал себя по голове.
— Я в деле.
— Отлично. — Чёрч улыбнулся и перевёл взгляд на нас со Ститчем. — Я беру Подполье под свой контроль.
— Что? — рыкнул Ститч, подаваясь вперёд, пока моё сердце испуганно ёкнуло. — Что, блядь, значит «ты берёшь Подполье под свой контроль»?
— Я не заикался. Я рождён для этого, так что я это сделаю.
— Ни хера подобного. — Ститч поднял меня и пересадил на колени к Миражу, после чего поднялся и принялся мерить шагами комнату, запуская пальцы в волосы. — Какого хера ты вообще хочешь занять место нашего старика? Что за херня?
— Расслабься, — сказал Чёрч. — Мы отберём это у него и приберём всё к рукам.
— О, это, блядь, ещё лучше. — Ститч фыркнул. — Хочешь нас всех угробить? В этом дело? Тебе мало было того времени, что я и Сирена провели в лечебнице? А? Хочешь стать мишенью, а потом смотреть, как нас всех поимеют в буквальном смысле, Данте? Ты псих. Ты окончательно ёбнулся.
Мираж обнял меня за талию и притянул к себе, пока я пыталась подняться на ноги, чтобы успокоить Ститча.
— Не трогай его, — прошептал Мираж мне на ухо. — Ринни. Всё нормально. Это пройдёт.
— Я хочу править там. Хочу, чтобы мы все там правили, — сказал Чёрч, поднимаясь на ноги и хватая Ститча за плечи. — Послушай меня!
— Блядь, чувак. Сирена…
— Она может стать королевой. Она может решать, кому жить, а кому умереть. Мы будем исполнять её волю. Мы возьмём нашего старика и накажем его за грехи. Мы заберём отсюда чудовищ и накажем их. Мы будем править Подпольем и карать каждого ублюдка. — Чёрч встряхнул Ститча. — Разве ты этого не хочешь, брат? Править чудовищами? Наказать их за то, что они сделали с тобой? С Сиреной?
Ститч посмотрел на меня, и на его лице было столько страха, что у меня внутренности скрутило.
— Я бы сдох за неё. И что ещё хуже — я знаю, что убью за неё, — прошептал он. — Если ты пообещаешь, что с нами всё будет хорошо…
— Клянусь, — сказал Чёрч. — Как только контроль окажется в наших руках, мы станем неприкосновенными. Лето мы проведём в Чикаго. Будем работать оттуда. Мне скоро нужно уезжать. Будет логично, если мы поедем все вместе. Так мы будем рядом друг с другом.