В голове раздалось тихое гудение, и я тряхнул ею, сбрасывая наваждение.
Псих хотел выйти наружу и поиграть. Жить у него получалось лучше, чем у меня. Я принадлежал дикой воле. Всегда принадлежал.
Я выдохнул, отчаянно нуждаясь бежать и быть свободным.
Ты достаточно далеко ушёл?
Да.
Хорошо.
Беги, беги, беги, белый кролик.
Пошёл на хер.
В голове раздался смех — Псих давал знать о своём присутствии.
Тебе стоило трахнуть её сегодня.
Я стиснул зубы от этого голоса в голове.
Псих.
А вот я её трахнул, — продолжил он. —Я вошёл до упора в её тугую, влажную киску и разрядился в неё. Это было охеренно хорошо. Ты многое теряешь.
Я сжал челюсти так сильно, что они заныли.
Ты не можешь бежать вечно. Рано или поздно тебе придётся быть честным. Нам придётся быть честными.
Это всё разрушит. Чёрчу это не понравится. Он будет в ярости. Он перестанет доверять…
Оставь Данте мне. Он уже привыкает к моему сорту безумия, — Псих глухо расхохотался в моей голове. —Иди. Беги, кролик. Поймаю тебя позже. Никаких больше убийств. Пока что.
Гул в моей голове прекратился, оставив меня в полной тишине.
Я не знал, что было хуже. Голоса или эта тишина.
Это не имело значения. Я был зверем. Я принадлежал дикой воле. Ночи. Этой бесконечной тёмной свободе посреди густых лесов Северного Мичигана.
Я сорвал с себя рубашку и рванул вперёд, завыв словно волк.
А волки?
Они ответили.
Они всегда отвечали.
Просто так и поступают дикие звери.
ГЛАВА10
ЧЁРЧ
Спустя неделю после нашего разговора в гостиной и обсуждения планов по захвату Подполья, я заталкивал свои вещи в сумку. Ответ лежал на поверхности.
Сжечь всё дотла.
И вот тут в дело вступал Эш. Его задача — устроить пожар, который уничтожит всё к чертям, чтобы мы могли отстроиться заново. Мой отец не сможет там оставаться.
Выкурить его, как выразился Эш.
Мы сможем вытащить Кэди и её отца. Мы схватим моего старика. У меня уже было на примете место, где его можно держать, пока мы всё перестраиваем.
План сработает, пусть даже Псих качал головой и твердил, что это всего лишь шаг в правильном направлении.
Плевать.
Главное — мы движемся вперёд. Я знал одно: торчать здесь, в Чапел Крест, нам больше нет смысла. Я хотел увезти отсюда Сирену. Звонила её мать и заявила, что хочет забрать её домой на лето.
Сирена отказалась, что позволило и мне ответить отказом от имени Кэди. Похоже, их мамашу знатно задело, что ни одна из дочерей не горит желанием возвращаться домой.
Больше всего мне хотелось проорать этой тупой суке, что Кэди держат в плену, и ублюдок, за которым она замужем, скорее всего, прекрасно об этом знает.