— Он предпочитает мясо с кровью, если ты понимаешь, о чём я. Да и я, в общем-то, не против. — Он откинулся на спинку стула, не сводя с меня своих зелёных глаз сквозь камеру.

— Против, — пробормотал я. — Тебе это не нравится.

— Это инстинкт выживания. Ты ведь знаешь, как это бывает, да? Делаешь то, что должен, чтобы выжить. Верно… Тень?

Я прокашлялся.

— Ты не ответил на мой вопрос. Ты в порядке?

— Я в порядке, — ответил он тихим голосом.

На мгновение мы оба замолчали, прежде чем он снова заговорил.

— А ты в порядке? — спросил он. — По-настоящему. Ты как?

Я пожал плечами.

— Не знаю. Наверное, я встревожен. Переживаю. Запутался.

Он кивнул.

— То есть, обычное состояние?

Я тихо усмехнулся, заставив его ухмыльнуться мне в ответ.

— Ага, обычное, чувак.

— Вот и отлично. — Он запустил пальцы в свои волосы. — Как там наша девочка?

— У неё сегодня вечером была паническая атака. Она скучает по тебе. Мы её успокоили, и сейчас она принимает ванну с Сином. Эш и Ститч ушли что-нибудь сжечь, раз уж Эш сегодня поджёг мусорный бак в общей зоне.

— Надо было позволить всему этому месту сгореть дотла, — пробормотал он.

Я был с этим согласен.

— Что касается Сирены — уложи её спать на всю ночь, — продолжил он. — Включи видеосвязь, когда будешь это делать.

— Что? — я нахмурился от его слов.

— Я сказал, усыпи её сегодня. Накачай её колёсами. Дай ей лекарства. Они в моей аптечке в ванной. Сделай так, чтобы она уснула. Как только она вырубится, набери мне по видеосвязи. Я хочу смотреть, как ты её трахаешь.

Я тяжело сглотнул от его указаний.

— Я… я не могу этого сделать…

— Лгунишка. — Он зловеще улыбнулся мне. — Я хочу смотреть. Ты ведь будешь хорошим мальчиком и сделаешь это для меня, правда?

Я не мог отрицать того, как мой член встал от его слов, поэтому и не стал. Вместо этого я кивнул, понимая, что за последние несколько недель с тех пор, как присоединился к ним, я каким-то образом окончательно лишился грёбаного рассудка.

— Вот и отлично, — сказал он. — Мне очень нравится смотреть, как ты грешишь ради меня.

— Да неужели? — бросил я вызов. — Почему? Почему от того, что я трахаю её таким образом, у тебя так встаёт, Данте? Почему тебя это заводит?

Он помолчал секунду, прежде чем ответить:

— Потому что мне нравится, как ты двигаешься в ней. Как она тебе отвечает. Как ты её трахаешь. То, какие чувства это у меня вызывает.

— И что ты чувствуешь? — рискнул спросить я, пока сердце бешено колотилось в груди.

— Будто я ебучее животное, — мрачно сказал он. — Будто… я сам. Мне нравится делить это с тобой и с ней. Это наш маленький ночной кошмар, в котором мы живём вместе. Только ты. Я. Она. Наши члены творят с ней безбожные вещи, когда она не может сказать нам «нет». Даже если бы она захотела бороться с нами, она бы не смогла, но, с другой стороны, она ведь тоже монстр и любит это точно так же, как и мы.