— Лука Степенов. Его отец — мой брат, точнее, был им до своей смерти несколько лет назад. После усыновления он носит другое имя.
Я бросила взгляд на Тень, который подался вперёд.
— Итан Мастерс, — пробормотал Тень. — Пленник в Подполье. Это тот, кому Чёрч должен причинить боль. Он папик.
Аткинс кивнул, его нога подёргивалась.
— Так и есть. Я единственный настоящий родственник, который у него остался, если не считать его бесполезную мать.
— И где эта бесполезная сука? — выкрикнул Ститч.
— Хороший вопрос. Где-то здесь. Скорее всего, прячется как трусиха. После того как Лука убил своего отца, она сбежала. Её поймали, но в тюрьме она пробыла недолго. Её выпустили за примерное поведение несколько лет назад.
Я понятия не имела, что эта женщина сделала с Лукой, или Итаном, как его теперь звали, но могла только гадать, была ли она связана с Эвереттом и Подпольем. У меня скрутило живот от того, что всё это могло значить.
Чёрч не хотел делать это со всадниками, но он был связан контрактом со своим отцом, и я бы пострадала, если бы он этого не сделал. Кэди бы пострадала. Мой папа бы пострадал.
Вся эта боль только потому, что монстры разгуливали на свободе.
Я хотела найти эту женщину. Я хотела бросить её в Подполье и вручить Итану Мастерсу свой топорик, чтобы он мог вершить месть, которую считал заслуженной за её зверства.
И если она умрёт, так тому и быть.
— Сирена, — голос Сина прорвался сквозь мои кровожадные мысли. Я даже не осознала, что поднялась на ноги.
Я часто замигала, пока Аткинс смотрел на меня, сдвинув брови.
— Сирена, — мягко произнёс Аткинс. — Ты принимала сегодня свои лекарства?
— Ей не нужны таблетки, — отрезал Ститч. — Не суй свой блядский нос не в своё дело.
— Я врач, — сказал Аткинс. — Я видел её медкарту. Ей стоит…
— …вывезти тебя в лес и отрубить к чертям части твоего тела, — закончил Ститч предложение за Аткинса, повышая голос. — И всё же она, блядь, этого не делает. Это называется прогресс, док. Ей не нужно торчать на колёсах, как остальным из нас, уебков. Она идеальна такая, какая есть.
Аткинс натянуто улыбнулся мне, проигнорировав Ститча.
— Сирена, ты в порядке?
Син поднялся и встал передо мной, закрывая от Аткинса.
— Ты не разговариваешь с ней. Ты говоришь со мной. С Эшем. Ститчем. Тенью. Никогда не смей обращаться к ней, понял? Я утоплю тебя в этом блядском озере, если ты хоть раз посмотришь в её сторону.
— Я понимаю. Ты оберегаешь её, как должен. — Аткинс поднял руки, пока Тень потянулся ко мне и усадил обратно на диван.
— Тебе что-нибудь нужно? — пробормотал Тень мне на ухо.