«Если видишь на улице волка-оборотня — опускай голову и беги, блядь, в противоположную сторону без оглядки ».

Абсолютно каждый альфа с формой волка числился в списке самых разыскиваемых преступников Дона. Именно они контролировали самые жестокие и грязные сети работорговли.

Мои альфы не были исключением. Они хотели сломать меня, чтобы потом хвастаться этим перед своими дружками. Проблема заключалась в том, что, несмотря на мою природу омеги и врожденную склонность к подчинению, я с детства готовился стать воином. Большинство омег оказывались беспомощными заложниками собственных инстинктов. Но мои новые хозяева очень быстро уяснили, что моя единственная реакция на силу — это жестокий, яростный отпор.

Это был союз, заключенный в самых глубоких недрах преисподней.

Четыре волка и один котенок.

Я наотрез отказывался ломаться, а им безумно нравилось то, что я сопротивляюсь.

Однажды ночью, после особенно жестокой и кровавой стычки с вожаком стаи, я впервые перекинулся в свою омега-форму, чтобы защитить себя. В отличие от бет, омеги имели вторую, животную форму. Вот только наши звериные ипостаси обычно были маленькими, безобидными и хрупкими. Ничего общего с чудовищными формами альф.

Моя форма — пушистый белый котенок.

Вожак стаи покатывался со смеху, со своим окровавленным членом, все еще безжизненно болтающимся между ног, наблюдая за тем, как я сжался в крошечный пушистый комок ради самозащиты. Он гонялся за мной по всей комнате, хохоча как сумасшедший. Роскошный таунхаус, в котором они жили, был заблокирован продвинутой системой безопасности. Я знал это наверняка, потому что совершил бесчисленное количество попыток побега, и каждая из них провалилась. У каждой двери стояла вооруженная охрана, а на окнах красовались мощные решетки. Альфа гонялся за мной и заливался смехом, зная, что я в ловушке. Мой ужас был для него просто забавной игрой.

Однако этот ублюдок не учел, что габариты моего кошачьего тела позволяли пролезть в крошечную мышиную нору в самом конце гардеробной. На четырех крошечных лапках я понесся по темному узкому ходу, жалобно мяукая от страха, что один из волков поймает меня с другой стороны. Когда туннель вывел меня в глухой темный переулок позади таунхауса, я замер в оцепенении, осознав, что впервые за долгие месяцы оказался на свободе.

Рассудок быстро вернулся ко мне. Оставаясь в форме котенка, я бросился бежать по залитым дождем городским улицам. В дождевых лужах дрожали отражения ярких неоновых огней, отбрасываемых возвышающимися небоскребами. Мимо бесшумно проносились суперкары, а бизнесмены и женщины спешили укрыться от непогоды. Никто из них не обратил внимания на дрожащего пушистого котенка, проскальзывающего сквозь ночные тени.