— Ты получила ровно то, что заслужила, маленькая альфа.
Я аж поперхнулась.
То есть этот урод целый час издевался надо мной в сексуальном плане и на полном серьезе считает, что я это заслужила
Да пусть кто-нибудь позвонит королеве фейри и подожжет мой перестимулированный клитор, потому что этот парень явно несет херню. Я вообще-то до сих пор сижу своей голой задницей в луже собственного возбуждения, прикованная наручниками к стулу. Лицо Джакса так сильно осунулось, он до хруста сжал челюсти и сверлил меня тяжелым взглядом.
Тогда я решила сменить тактику.
Моя нижняя губа мелко задрожала, в глазах снова скопились слезы, и я покорно, несчастно опустила плечи. Честно говоря, уровень фрустрации был настолько запредельным, что заплакать по щелчку пальцев не составило никакого труда.
Я тихо, с надрывом спросила:
— Как… как вы могли так со мной поступить?
Ярость в серых глазах Джакса мгновенно испарилась, а на лице проступила дикая паника. Он сделал шаг вперед, явно порываясь мне помочь. Стоявший рядом Ашер тоже дернулся ко мне. Его кулаки были плотно сжаты, а в янтарных глазах застыла неподдельная тревога. Пламя, вытатуированное на его челюсти, пошло рябью из-за заигравшего желвака, а рога выпрямились. Ксеркс потянулся ко мне и нежно провел ладонью по моим волосам, продолжая жалобно скулить. Его приторный аромат корицы выдал резкую порцию сладости: его феромоны изо всех сил пытались меня успокоить.
— Ой, блядь, да хорош тебе! Я же вижу, что ты притворяешься, котенок, — подал голос Кобра, вообще не прекращая наяривать свой член.
Ну все, этого ублюдка я точно прирежу первым.
Глава 32. Сэди
Скрытые клейма
Кобра тихонько рассмеялся:
— Тебя наказали за дело, котенок. Так что не надо пытаться развести меня на свои фальшивые слезки. Джакс еще, блядь, мягко с тобой обошелся. Я бы на его месте устроил кое-что куда жестче.
Вместо того чтобы хоть немного изобразить раскаяние, этот потрясающий, переливающийся драгоценностями ублюдок продолжал невозмутимо наяривать свой украшенный камнями член, не сводя с меня глаз.
У меня внутри все так и вскипело, а чисто женское желание начистить ему харю накрыло с головой. Я тут же бросила попытки притворно плакать и со всей силы рванула наручники.
— Освободи меня! — рыкнула я альфа-голосом.
Кобра лишь ухмыльнулся:
— Не-а.
Он выудил из кармана серебряный ключ, пока его вторая рука продолжала мерить длину его украшенного кристаллами стояка. Он демонстративно покрутил ключом на пальце, а его идеальные губы расплылись в издевательской усмешке. Если его целью было выбесить меня, то он своего добился.