Сигизмунда осмеяли, и даже обычно осторожный Ангерран де Куси не согласился с его предложением. По опыту прошлых сражений было известно, что турки не имели сил, способных сдержать мощный фронтальный удар тяжёлой кавалерии, и уже не важно, сколько лучников они выставят впереди и сколько пехоты окажется на дороге, всех их перемелют в труху копыта боевых дестриэ.
С рассветом начали выстраиваться в боевые порядки. Настроение было не вот чтобы бодрое, утром едва продрали глаза после вечерней попойки. Пока надевали доспехи, седлали коней, турки успели занять холм неподалёку от Никополя, и это стало первым неприятным сюрпризом. Однако никто не отчаивался. Побывавший не в одном десятке боёв шевалье Жан де Карруж сказал, что взбираться по склонам холмов ему не привыкать и он готов сделать это один или со всей армией. В первую атакующую линию во главе своих командиров встали французы и бургундцы. За ними на отдалении расположились венгры, немцы, госпитальеры и поляки. Сигизмунд просил задержать атаку первой линии, предлагая рассмотреть позиции врага при свете дня и уточнить его численность, но Филипп д’Артуа заявил, что не желает отдавать славу победителя трусливому королю венгров, поэтому никого не намерен ждать. Ангерран де Куси пытался удержать коннетабля, куда там! Кто же сможет удержать молодого, амбициозного и жаждущего подвигов рыцаря? Такие же ребята были и в его отряде, включая отца и Гуго.
Жан де Вьен поднял знамя Франции и дёрнул поводья, переводя коня с шага на рысь. За ним широким фронтом пошли отпрыски блестящих французских и бургундских родов, следом оруженосцы, сержанты. Впереди желанной целью маячили турецкие всадники. Их было много, но вооружённые луками они не выглядели опасными. Стрелы скользили по доспехам, отскакивали. Несколько дестриэ споткнулись, выбросив седоков, но основная масса перешла с рыси на галоп. Дружно опустились копья, топот смешался с треском ломающегося дерева, криками раненых, ржаньем лошадей. Турки попытались рассыпаться и уйти из-под таранного удара, но слишком поздно спохватились. Железная лавина накрыла их и разметала по полю. Почувствовав на губах вкус победы, рыцари двинулись дальше. Отступающий враг мельтешил перед глазами победным стимулом и мешал разглядеть, что там впереди, поэтому вторым сюрпризом за утро стали ряды турецкой пехоты, укрывшейся за густым частоколом вкопанных в землю кольев. Дестриэ, натыкаясь на колья, падали со вспоротыми животами, следующая волна поскальзывалась на кишках. Пришлось спешиваться и вынимать топоры и мечи. Одни принялись рубить колья, другие турок, и побеждая и тех и других, медленно начали подниматься вверх по склону.