— Стой, предатель! — динамик захрипел от громогласного вопля бывшей начальницы. Его должны были услышать люди со всей округи. — Ты поплатишься за смерть Даниэля!

— Бакулюм тебе в рот, сука! — Алексея накрыло осколками разлетающихся панелей от выстрелов взбешённой Фарии, но ему удалось избежать главного — попадания из стазис-бластера.

Мужчина быстро оценил обстановку, после чего прыгнул в сторону Фарии. Её скорость из-за тяжелой брони была меньше, чем у него. В результате луч кустореза с угрожающим гулом проплавил броню в районе груди девушки. Фария издала стон, и осела на землю. Сервоприводы бронекостюма вышли из строя, из-за чего она оказалась беспомощной и запертой в скафандре.

Алексей замахнулся, чтобы снести противнице голову, но не успел — взрыв, сопровождаемый громким хлопком, откинул его в сторону и выбил из него дух. Кусторез проморгал светодиодом, информируя о севшей батарее, после чего отключился.

«Всё! — обречённо подумал он. — Тебе крышка, Воронцов. Спас Землю, бляха-муха!»

Фария истекала кровью в метре от него. Забрало её шлема было поднято. Землянин видел, как жизнь утекает из залитых яростью глаз. Её перепачканные кровью губы шептали проклятья в его сторону, но слов контуженный бывший инспектор расслышать не смог.

Иритт с винтовкой в руках и открытым забралом шла к мужчине. Рядом с ним лежал Охотник, сигнализатор на рукояти которого говорил о том, что остался один заряд стазиса. Воронцов схватил бластер и навел его на Иритт. Его грудь сильно болела. Каждое движение давалось с трудом. Нейросеть выкрутила на всю гормоны, блокируя боль, но этого было недостаточно.

— Алексей, не дури, это конец. Я не хочу убивать тебя. Ты мне дорог. Я это поняла, когда ты бросил меня на верфях. И только поэтому ты ещё жив.

— Как вы меня нашли? Мне же перстень подправил Жан-Поль. Он не должен пеленговаться. А в этой дыре я перстнем не пользовался, так что ваши датчики не должны были сработать.

— Конечно, твой перстень не пеленгуется, но… — иритт улыбнулась уголками губ. — А мой бластер где?

— На корабле… — ответил он прежде чем осознал свою ошибку. В следующее мгновение его лицо вытянулось. — Твою мать! Там же тоже перстень!

— Я с первого дня следила за тобой, — продолжала искривлять уголки губ Иритт. — За всеми твоими нелепыми попытками скрыться, прыжками во времени и перемещениями по Содружеству. Мне постоянно приходилось подделывая отчёты для Фарии.

— ЧЕГО-О-О?!! — прохрипела охреневшая до крайности Фария, глаза которой готовы были выпасть из орбит.

— Зачем? — Алексей с трудом поднялся с пола.