Улыбка остановилась.

Старейшина забрал свиток из рук смотрителя.

— Эта техника не предназначена для чужих учеников и находиться здесь не должна была. Забрать её ты не сможешь.

Он сказал это совершенно спокойно, без малейшего желания вступать в игру, которую я только что ему предложил.

Как интересно.

— Однако ошибка произошла со стороны Горной Печати, — продолжил старейшина. — Ты пришёл сюда как гость и действовал согласно установленным правилам. Поэтому вместо одного оставшегося трактата можешь выбрать ещё три.

Я несколько мгновений молчал.

То есть пять вместо трёх.

Причём старейшина уже повернулся к соседней полке.

— Если ты недавно начал изучать формации, возьми эти.

Он последовательно указал на три нефритовые таблички.

Первая была посвящена контролю и стабилизации основных узлов. Вторая разбирала способы быстро связывать отдельные печати в единый массив. Третья касалась распределения энергии внутри простых формаций и исправления ошибок, возникающих уже после активации.

Я прочитал краткие описания.

Советы оказались хорошими.

Очень хорошими.

По крайней мере, для человека моего уровня.

Если старейшина хотел отделаться от назойливого гостя каким-нибудь мусором, то выбрал для этого удивительно полезный мусор.

Я снова посмотрел на свиток в его руке. Теперь меня интересовало его содержание гораздо сильнее, чем минуту назад.

При этом продолжать спор уже не имело смысла.

Мне пошли навстречу там, где вообще могли этого не делать. Горная Печать спокойно признала собственную ошибку, дала компенсацию и даже увеличила количество доступных знаний почти вдвое. Превратить после этого разговор в требование отдать конкретный свиток означало перестать быть недовольным гостем и начать выглядеть человеком, который слишком настойчиво лезет туда, куда его прямо попросили не лезть.

А главное, передо мной стоял мастер Формирования Ядра.

Иногда полезно помнить, где заканчивается дипломатия и начинается разница в культивации.

Если Горная Печать действительно не хотела, чтобы я увидел этот свиток, я его сейчас не увижу. Можно сколько угодно рассуждать о правилах обмена, чести Великих сект и возможном скандале. В самом неприятном случае меня убьют за проявленное непочтение, а потом старейшины двух сект несколько месяцев будут очень сурово обмениваться письмами.

Возможно, Юй Жун даже кого-нибудь ударит.

Но войны между Великими сектами из-за недавно прорвавшегося ученика стадии Заложения Основы точно не начнётся.

Я ещё недостаточно высоко оценивал собственную жизнь, чтобы проверять это лично.

— Благодарю старейшину за щедрость, — сказал я.