Тон оставался вежливым.

Слова — тоже.

Смысл был достаточно прост.

Вы сами это разрешили.

Теперь собираетесь отступить от собственного обещания?

Для Великой секты подобные вещи иногда работали значительно лучше угроз.

Смотритель холодно посмотрел на меня. Он был на средней стадии Заложения Основы, так что вряд ли испугался. Но я не пытался его напугать.

— Молодой друг, я уже объяснил, что свиток оказался здесь по ошибке.

— Именно поэтому мне и хотелось бы уточнить, каким правилом предусмотрены подобные ошибки.

— Что здесь происходит?

Новый голос прозвучал из-за соседнего ряда.

Я обернулся.

К нам подходил старейшина Горной Печати.

По ауре сразу стало понятно, что передо мной культиватор Формирования Ядра. Я прежде его не видел. Возможно, он отвечал за библиотеку, а может, просто оказался здесь по своим делам. В любом случае смотритель мгновенно сложил руки и слегка поклонился.

— Старейшина.

Я тоже поприветствовал его.

— Старейшина.

Он посмотрел на свиток в руках смотрителя. И, похоже, узнал его.

— В чём дело?

Я позволил смотрителю заговорить первым.

— Ученик Облачного Меча выбрал этот свиток среди разрешённых трактатов. Он оказался на полке по ошибке. Я объяснил, что техника не предназначена для посторонних учеников.

Старейшина перевёл взгляд на меня.

Вот теперь появилась возможность выговориться, и я спокойно сложил руки.

— Всё именно так, старейшина. При входе мне сообщили, что ученику Облачного Меча разрешено выбрать три любых трактата из открытого раздела. Я выбрал два и собирался взять третий. После этого выяснилось, что разрешение распространяется не на всё, что находится в разрешённом разделе. Эта ошибка не моя, так почему я должен расплачиваться за это? У нас в секте Облачного Меча, если человек дал слово — он придерживается его, даже если это невыгодно. Или у вас так не заведено, раз вы готовы отступиться от своих правил ради какой-то техники?

Я специально произнёс последнее немного медленнее — всего лишь очень вежливо описал ситуацию так, чтобы она выглядела максимально неудобно для Горной Печати.

Если свиток действительно оказался какой-нибудь редкой, но допустимой техникой, старейшина мог решить, что проще отдать его, чем позволить гостю Облачного Меча потом рассказывать, как Горная Печать сама установила правила и сама же отказалась им следовать.

Учитывая любовь Великих сект к собственному достоинству, шансы мне нравились.

Старейшина посмотрел на меня несколько мгновений.

Потом на свиток.

— Это действительно наша ошибка, — сказал он.

Я едва заметно улыбнулся.

— Тогда…

— Поэтому ты получишь компенсацию.