— А на верху что?

— Спальня, — ответил я.

— С кроватью?

Я снова замер в ступоре.

— Конечно.

— Я-я-ясно, — протянула Маша, будто спрашивая: «покажешь?»

И я вдруг понял одну вещь. То, что я вдруг приписал себе, может быть вовсе не моей заслугой. Девушка искреннее, до маниакальности, интересовалась объектом своего изучения. Не мной, а бывшим хозяином дома — Наставником Петром Семеновичем (ныне) Витте.

А я… я просто попал в область ее интересов, как тот, кто отчего-то заинтересовал её цель. И теперь, она тоже живо интересовалась мной, желая понять, с чего так вышло. Почему такой пацан как я, вдруг заинтересовал стезевика, который переполошил в этом городке, казалось, всех до единого.

И вот тут был очень важный вопрос. А правда, почему?

Что во мне такого, что я вызвал интерес этого, однозначно, необычного человека?

Над этим стоило подумать.

Я дождался, когда закипит вода и заварил чай.

Предлагать Маше подняться наверх и осмотреть спальню я, конечно же, не стал. Хочет, пусть сама выкручивается и говорит прямо. Помогать не стану.

Но Маша сидела и так же заинтересованно разглядывала, казалось, ничем особо не интересный дом.

— Что Витте пообещал тебе за праносток? — вдруг спросила Маша.

— Взять в ученики, но я, воде бы это говорил.

— И всё? Только это?

— Ты решила мне допрос устроить? Типа не всё выяснили в прошлый раз, — усмехнулся я. — Ну, так после драки кулаками не машут.

— Нет, просто интересно. Ради чего ты решил так рисковать?

— Рисковать? — переспросил я.

Похоже, я могу узнать что-то интересное.

— Конечно! А как же иначе? Ты пойдешь за стену, где и так опасно, да еще полезешь в шахту, где опасней вдвойне. Разве не это значит рисковать? Мне нравятся рисковые мальчишки, но это… это — безумие! Оттуда и стезевики не всегда возвращаются.

— Я стезевик.

— Знаю, но все равно… Зерно… так себе достижение.

Мне стало немного обидно за себя. Наверное, будь я действительно всего лишь молодым пацаном Глебом точно бы высказал что-то жесткое в ответ. Но я не совсем он, и меня таким не пронять.

— Зерно, Росток, да хоть Ствол — всё одно. Сильнее и быстрее обычного человека. Этого достаточно.

— Значит, всё-таки безумие… — протянула Маша.

Она, похоже, всё ещё надеялась задеть меня так чтобы я рассказал больше. Но мне и рассказывать-то было нечего.

— Можешь думать, что хочешь, — ответил я, прихлебнув чай. — Но ехать я не собирался. Если бы не вы и ваша Контора, то я бы просто заполучил документы, которые помогли бы мне и паре товарищей начать новую жизнь.

— Всё? Так ты еще и глупец! — усмехнулась Маша, но тут же снова покраснела. — Прости, — невпопад сказала она. — Я не хочу тебя обидеть, просто… просто… мне нужно разговорить тебя. Вот… и это всё… эти намеки, двусмысленности… — она вдруг озорно улыбнулась. — Вдруг бы получилось?