— Детей в одно купе. Девушек в другое. Для меня отдельное.
Я вспомнил, что с нами должны были ехать еще два инспектора, но кто они и где будут ехать меня не касалось.
— Отлично! — непонятно с чего обрадовался щекастый. — Деток в первое купе, во второе дам, а для вас третье. Дети в дороге обычно спят, и не стоит тревожить их сон.
Щекастый старательно подмигнул мне. Я понял, о чем он, но проигнорировал всякие намеки.
Лена и Маша вели себя, как и должно тем, в качестве кого они ехали.
Пока мы разговаривали, они шумно обсуждали какие-то сплетни, затем перешли на одежду. И долго осуждающе тыкали пальцами в серую форму работников артели, недовольные ее фасоном.
В итоге всех нас пригласили в вагон, сообщив, что вещи перенесены в купе, и места подготовлены, а отправление поезда через десять минут.
Не успел я снять верхнюю одежду, в купе было натоплено, я бы даже сказал жарко, как в дверь постучали.
— Войдите! — крикнул я.
Дверь открылась почти бесшумно. Когда я входил не видел каких-то сложных механизмов — просто смазанные полозья.
Маша вошла внутрь и так же тихо прикрыла за собой дверь.
Выражение лица, мгновение назад бывшее веселым, вдруг переменилось, стало таким же, как было в паромобиле.
— Нам нужно поговорить, — очень серьезно произнесла Маша.
Я в этом даже не сомневался.
— Присаживайся, — предложил я, расправляя на плечиках и вешая в узкий шкаф пальто.
В этот момент раздался протяжный свист, а затем медленно и плавно поплыла за окном стена.
Мы тронулись.
Глава 13
Маша сидела на мягком диванчике у окна и смотрела на проплывающие мимо массивные башни ворот. Широкие пазы, по которым тяжелая плита, закрывающая вход, поднималась куда-то вверх, казались черными провалами. Света было мало, так что рассмотреть механизм было невозможно. Но Маша, словно от этого зависела ее жизнь, упорно всматривалась в темноту.
Я наблюдал за девушкой и молчал. Она тоже не начинала разговора.
Клубы пара от локомотива растекались по залитой бетоном земле и медленно поднимались вверх, скрывая всех, кто управлял сейчас и воротами, и всей машинерией, позволяющей составу свободно покинуть город.
Едва мы прошли под низко нависающей аркой, плита, с протяжным скрипом, поползла вниз, отсекая всякую возможность чему-то крупному попасть внутрь.
Миновав стену, поезд выполз на широкую совершенно пустую заснеженную равнину.
— Охранная полоса, — неожиданно произнесла Маша. — Ты знаешь, зачем она нужна?
— Чтобы видеть, когда твари из-за стены подходят к городу?
— Чтобы не дать кому-то незаметно ускользнуть из-за стены, — парировала Маша.