«Или нет? — подумал я. — Вряд ли кто-то одолеет этих парней».

Сейчас едва ли в Африке была мощь, что могла бы схлестнуться с гвардией Братца в прямом бою. Вполне возможно, под моим руководством они стали самой серьёзной силой на материке… или на всей Земле.

«Проблема только одна, — подумал я. — В малочисленности».

Как бы ни были сильны неупокоенные рыцари, контролировать большую территорию отрядом в сотню существ невозможно. Но с другой стороны, в позиционной тактике не было нужды. Используя кулак нежити, я мог просто последовательно уничтожать аномалии. Их средоточия было легко обнаружить из-за фона.

Движение в стороне отвлекло от мыслей. Обернувшись, я увидел приближающегося Братца. В отличие от своих гвардейцев, мой подчинённый внешне никак не изменился. И всё же часть высвобожденной энергии явно досталась ему. Его силуэт будто собирал вокруг себя тьму и ощущался плотным, словно целиком отлитым из металла.

«Жив?» — Братец, как всегда, разговорчивостью не отличался.

Я поморщился от неприятных ощущений. Чужая мыслеречь отдалась болью в затылке, что говорило о повреждениях энергетического тела и ментальной составляющей. Впрочем, это я знал и так.

— Жи-и-ив, — протянул я. — Давай докладывай, чё там.

«Дело сделано», — от Братца ощутилось нечто вроде пожатия плечами.

Я подождал ещё секунду-другую, ожидая каких-то пояснений, но, разумеется, зря. Братец не был бы самим собой, если бы выдал исчерпывающий доклад в духе ИИшки.

«Значит, аномалия уничтожена, — резюмировал я. — Скажи, обязательно ли тебе захватывать её территорию?»

При уничтожении соперника его энергетический потенциал и территорию должна была захватить победившая аномалия. Некротическая аномалия Братца была моим союзником, но её расширение оставалось спорным. Превращение Африки, а за ней и всей Земли в мир мёртвых не входило в планы.

Братец мои мысли, кажется, понял.

«Мы не претендуем на неё, — произнёс он. — Я сдержу расширение своей аномалии, в этом нет нужды».

Я мысленно подтвердил свои догадки. Похоже, аномалии развивались не просто как стихийное бедствие. Этот процесс мог регулироваться.

Развиваться и терраформировать планету было самой важной мотивацией для всех существ аномалий. Благо Братец и нежить были исключением. Неупокоенные были чужды таким понятиям, как свой мир, им было всё равно, где отнимать жизнь. Ну а Братец хотел мести, а не создать мир мертвых.

«Если с аномалией покончено, ты свободен, — кивнул я. — Как только возьмемся за следующую, я скажу».

Сейчас нужно было получить отчёт ИИшки, чтоб понять, как уничтожение аномалии повлияло на общий расклад сил. Это не считая того, что требовалось понять, что со мной, и восстановиться. Однако у Братца новости не закончились.