— Полагаю, этого пока не знает даже сам Ксерион.

— Чтобы ему пусто было! — добавил Поций.

— Судя по донесениям агентов Церта и других наших мастеров шпионажа, враг собирает у столицы новую армию.

— Третью подряд… — с досадой сплюнул Поций. — Расплодилось же этих козолюбов на нашу голову. Воюем, воюем, а они никак не заканчиваются.

— Заканчиваются, — возразил я. — Не так быстро, как нам хотелось бы, но заканчиваются. В степях против нас были лучшие из лучших. Пришлось тяжко, но мы победили. Нанесли им серьёзные потери. Потом недалеко от Махен-Тира была армия, наскоро собранная из местных гарнизонов и ополчения. Они просто пытались выиграть время. Теперь Ксерион, пользуясь этим самым временем, собирает армию последней надежды.

Судя по донесениям шаддинцы пытались поставить под копьё всех, кого только могли. Конечно, прежде всего, Ксерион собирал уже обученных воинов. Подкрепления приходили из степных племён и Сейда. Последние были особенно ценны. Сейд среди регионов Шадда пострадал от войны меньше всего. Теперь же Ксерион и его жрецы выгребали оттуда практически всю доступную пехоту.

В древней столице Шадда Ри-Гоменере Ксерион лично посвящал зилотов и особенно отличившихся воинов в новые фидаины. А мы только-только перебили старых…

Экономика Шадда, насколько это позволял уровень развития общества, перешла на военные рельсы. Отряды вооружённых зилотов разгуливали по городам и крупным селениям. Они врывались в дома торговцев, ремесленников и просто богатых людей. Проводили проверки на «преданность». Иначе говоря занимались конфискациями ресурсов, которые были остро необходимы Шадду. Либо идёшь воевать сам, либо сдавай почти все железо, золото, серебро, а также излишки провизии. Дошло даже до того, что некоторые шаддинцы якобы с теплотой вспоминали времена правления имперцев.

Жесткие меры? Да. Впрочем, ничего удивительного. Крайне редко власти добровольно сдаются, уступая свои территории врагу. Пока остаются верные люди и хоть какие-то ресурсы, правитель будет бороться за власть. Собирать армии предпоследней, последней, самой последней и так далее надежд. Потом партизанить или создавать правительство в изгнании, ожидая шанса вернуться на престол.

— Он либо встретит нас в поле сразу, либо подождёт пока осадим столицу и ударит тогда, — рассуждал Поций, стараясь предугадать стратегию Ксериона.

— Эти варианты наиболее вероятны, — согласился я. — Раньше поставил бы на первый. Ксерион отличается храбростью и стремлением перехватить инициативу. Однако прошлый раз именно эти качества его подвели. Царь царей мог сделать выводы.