Так что капитан был состоятельным мужчиной.

Заинтересовать такого человека мелкими суммами не представлялось возможным. Стрейд копил всю свою жизнь, зарабатывая перекупом, и теперь был в двух шагах от исполнения мечты.

— Скажу так, — капитан сделал глоток из кружки, наполненной обжигающим глинтвейном. — Задача была не из простых. Команда работала на пределе возможностей…

Набивает цену, догадался Стрейд.

Хочет доплату, хотя заказ уже выполнен.

— Мы заплыли в такую даль, — капитан понизил голос до многозначительного шепота, — что и представить страшно.

Стрейд представлял.

Капитан Одис, его дальний предок, оставил после себя множество карт. Там были морские течения, погибшие острова и подводные города. Всё это казалось невероятным, но реликвии передавались из поколения в поколение. Самой важной в семье считалась карта, на которую был нанесен остров, жителями которого некогда являлись Одисы. Легендарная прародина для всех, кто сейчас строил подвесные города.

Семейное предание гласило, что Одис руководил исследовательским дирижаблем. Когда Большой Откат разрушил островную магию, Одис вернулся домой — и не смог спасти жену с дочерьми. Старший сын Одиса отправился с отцом в экспедицию и только поэтому выжил. Крантор — так звали этого человека. Юноша рос и помогал отцу строить первый подвесной город, спасая остатки цивилизации людей. Именно Крантор стал родоначальником влиятельного рода, к которому принадлежал Стрейд.

Крантор полагал, что некоторые жители затонувших островов предвидели магический Апокалипсис. Эти люди изменили себя, превратились в амфибий и адаптировались к жизни в бескрайнем океане. Крантор был уверен, что его сестры и мать принадлежали к числу измененных. В качестве доказательств предок опирался на свидетельства моряков, выбиравшихся из своих субмарин в скафандрах и разведывательных батискафах. Подводники видели в глубине существ, отдаленно напоминающих людей. Вот только эти создания имели мощный хвост вместо ног, глаза с прозрачными перепонками и жабры. Крантор верил, что найдет свою мать, если будет прочесывать океан в точке крушения родного острова. Навязчивая идея преследовала этого человека до самой смерти.

— Итак, — Гринвельд самодовольно ухмыльнулся. — Я могу выполнить ваше поручение, Стрейд. Уговор в силе.

Гринвельд относился к редкой категории наследственных капитанов — тех, чья власть не зависела от выборной корабельной политики. Стрейд понимал, что за спиной этого мужественного моряка десять поколений глубинных властителей. У таких людей выработан определенный кодекс чести, они попусту словами не разбрасываются. Если Гринвельд заявляет, что уговор в силе, значит, он выполнит поручение.