От Макса Марина знала, что неупокоенные души задерживаются в мире живых, если по каким-то причинам не приняли гибель физического тела или если у них остались незавершенные дела. У погибшей девушки таких привязок было достаточно: поиск тех, кто не оказал ей помощь и оставил умирать, месть, желание открыть свою историю близким. Если команде агентства удастся найти место, где спрятано тело, разыскать родных девушки и сделать все возможное, чтобы виновные в ее смерти оказались наказанными, душа получит долгожданный покой. Со своей стороны Макс сделал все, что мог. Оставалось найти тело.

Марина пролистывала одно объявление за другим, но думала в этот момент не о погибшей, а о тех, кто оказался виновен в ее смерти. Как Енот после случившегося не отказалась от поездок? Разве мотоцикл не напоминал ей о том, что она, пусть и по неосторожности, совершила?

Видимо, напоминал, раз Енот решила сменить байк. Макс вчера выразил сомнение, что мотоцикл был разбит настолько, что его нельзя было восстановить. Но девушка заменила его новым. Может, ей и страшно было вновь садиться за руль, но отсутствие в мототусовке такой заметной гонщицы вызвало бы вопросы. Скорее всего, именно поэтому Енот и каталась по трассам, делая вид, что ничего не произошло. Впрочем, оставался еще вариант, что Патрик с Потапом скрыли от нее финал всей истории. Может, они обманули Валю, сказав, что сбитая ею девушка находится в больнице? А сами замели следы…

Марина поймала себя на том, что ищет оправдание поступкам убийц, и поспешила вернуться к делу. Но, открывая одно из сообществ, в котором Макс в последнее время активничал, вернулась мыслями во вчерашний день.

Она отдавала себе отчет в том, что ее любимый парень спасся только чудом: благодаря его опыту и хладнокровию, а еще обряду Лиды. Несмотря на благополучный исход, случившееся ударило по нему: во время разговора с коллегами у него дома Макс явно чувствовал себя разбитым не только физически, но и морально. И Марина, изначально не планировавшая задерживаться у него, осталась, когда Люсинда с шаманом после обеда уехали.

Может, Макс пережил бы все, как привык, в себе, но с Мариной открылся, и сокровенный разговор оказался именно тем, в чем он нуждался. Макс не столько искал утешения, сколько желал избавиться от того, что разрывало его изнутри и грозило превратиться в навязчивый ночной кошмар. Поначалу он словно взвешивал каждую свою эмоцию и боялся ее оголить, а потом его прорвало. Говорил он не столько о произошедшем на трассе, сколько о том, что чувствовал. Марина правильно поняла, что на самом деле Макса напугало не то, что он чуть не погиб (в очередной раз! Эта проклятая метка смерти на нем…), а то, что мог стать убийцей.