— Рассказывай, — приказал я.

— Большая группа валькирий, — стал отчитываться Крыл. — Больше десятка, точнее сосчитать не смог. Напали внезапно, Слепой только тревогу поднять успел.

Я скривился фразе «точнее сосчитать не смог», однако ее не прокомментировал.

— Что с остальными?

— Все живы, разве что Алиса сильно потратилась. Она еще и не в самом лучшем состоянии была, сам понимаешь, — намекнул Крыл на нашу вчерашнюю вакханалию. — Если бы не ее защитный круг, нам бы точно хана. А так убили двоих, еще парочку ранили.

Я громко выматерился. Хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах. Вот тебе и готовый лекарь. Вот тебе и вылечили Психа. Хотя меня заинтересовало еще одно.

— Разве Монашка не смогла перекастовать Алису?

— Неа, — мотнул мушиной головой Крыл. — Пыталась, но не смогла. Поэтому они и отступили.

А вот это интересно, очень интересно. Вопрос был один — почему? Но с этим я решил разобраться чуть попозже.

Мы подошли к стене, где нас уже встречал Слепой. Честно сказать, таким радостным старика я давненько не видел.

— Шипаштый, а я уж думал вше, хана, — признался он.

— Хрен им, еще повоюем. Помоги с Психом, только аккуратнее, не кантуй.

С невероятным трудом мы все же преодолели стену, оказавшись внутри квартала. Ну, надо отметить, что досталась домам не особо сильно. С одной стороны немного обвалилась крыша, от которой и шел дымок, но огня не видно. Думаю, Слепой всяко уже проверил повреждения. И если не бегает, как полоумный, то все в порядке.

— Где Алиса? — спросил я.

— У шебя, Шип. Потратилашь шильно, отдыхает.

— Поднимай на ноги. Психа на стол.

— Шип…

— Живо! — стал терять терпение я, и старик рысью убежал ко второму дому.

— С этими что? — спросила Гром-баба, указывая на пленниц.

Валькирии уже заняли привычное положение, стоя на коленях и глядя снизу вверх. Вот только уж очень по-разному. Если взгляд Каменюки был испуганным, даже затравленным, то Бумажница смотрела с нескрываемой злобой. Тут дело не в промывке мозгов. Она действительна нас ненавидела, как явление.

— Убить их! — сказал кто-то в голове.

— За что? — вторил ему другой.

— Первая совсем девчушка.

— Они враги. Всех под нож!

— Будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд. Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете.

— Ой, да заткнись ты уже, дура!

У меня даже во рту сухо стало, будто вновь похмелье подступило. Задавать вопросы: «Что это еще за хрень?», я не стал. И так все понятно. Меня же предупреждали по поводу артефакта. Вот только никто не говорил, что в результате низкой заполненности энергией так будет рвать кукуха. Все, кого тот самый Жрец умертвил, создавая Сердце Культа, теперь пытались выбраться наружу. Первая плохая новость. Вторая — их было дофигища, и все они оказались не в ладах друг с другом.