Наши встречи с Камелией были недолгими и нерегулярными. Приходилось соблюдать осторожность — ни Кай, ни операторы на Марсе не должны были догадаться о содержании наших переговоров. Поэтому, когда Кай заговорил о моих периодических походах в храм, я этому совсем не обрадовался.
— Знаешь, я не хотел на тебя давить, — сказал он как-то после очередной тренировки, — но это здорово, что ты учишься верить.
Сначала я не понял, и недоумевающе заморгал. Потом до меня дошло.
— Ну… я не то, чтобы истинный верующий… — осторожно сказал я, — догматы только изучаю. Но ты прав — в жизни должна быть какая-то опора. Пускай совершенно иррациональная.
Кай улыбнулся.
— Если нужна будет помощь — обращайся! — сказал он
— По поводу чего? — снова не понял я.
— Изучения догм. Ты ведь сказал, что изучаешь. Поначалу это может быть сложно, тем более квалифицированных жрецов, которые могли бы помочь, тут нет.
— А, — кивнул я, — да, конечно. Спасибо.
— У меня даже есть экземпляр Книги Ветра и Крови, — продолжал Кай, — с экрана не всегда удобно читать. А бумага… она словно какой-то заряд несёт, понимаешь?
— Да… Возможно, да. Спасибо!
На этом нам бы и расстаться, но, как это часто бывает, зуд любопытства, появившийся совсем некстати, дёрнул меня спросить:
— Откуда у тебя книга? Я, кажется, читал, что в наше время нужно специальное разрешение для хранения таких вещей. Тем более для их вывоза в космос!
— О, не беспокойся, — улыбнулся Кай, как мне показалось, с гордостью; на его щеках появился румянец, — разрешение получено от Верховного Жреца лично. Меня посвятили в ближний круг.
Я понятия не имел, что это значит, но на всякий случай округлил глаза, и сделал удивлённую физиономию.
— Ничего себе! — сказал я, — поздравляю! Круто!
— Это действительно круто, — заметил Кай, — теперь во время Апокалипсиса я буду в главной когорте.
— Поздравляю, — повторил я, более сдержано, — но звучит не слишком оптимистично. С чего ты взял, что доживешь до Апокалипсиса? — я улыбнулся.
— Это связано с нашей миссией, — Кай ответил на мою улыбку, — Верховный Жрец трактует катрен о Карающей Звезде астрономически. В общем, у нас, в ближнем круге, принято считать, что речь идёт о Венере. Политическое руководство тоже в курсе. Ну, в смысле, верующие военные. Я не беру в расчёт упорных атеистов, вроде моей сестры, — он рассмеялся, — хотя она ведь тоже пару раз ходила в храм, верно? Так что, наверно, в глубине души тоже верит.
— Вот как… — осторожно заметил я.
— Будет круто, если мы с тобой станем великим защитниками, да? — глаза Кая горели огнём неподдельного энтузиазма.