— Похоже, ты знакома с Камелией. Где довелось встретиться? — пытаясь хоть как-то потянуть время, я задал первый пришедший в голову вопрос.
Незнакомка остановилась на секунду. Глянула на меня через визор шлема своими льдистыми глазами, но ничего не ответила.
Вот она склонилась над Каем, вот занесла руку с оружием, метя ему в горло.
В отчаянной попытке я напрягся изо всех сил, рассчитывая, что путы, которыми нас сковали, могли быть не рассчитаны на такое усилие.
И в этот момент правая нога Кая мелькнула перед моим лицом. Носок его ботинка описал стремительный полукруг и врезался в руку женщины, выбивая ритуальное оружие.
Изогнувшись в немыслимой позе, Кай схватил нож. И в прыжке — обратном сальто — вогнал его своей несостоявшейся убийце в зазор между шлемом и воротником костюма.
Оставшиеся в помещении боевики начали поднимать оружие. Кай метнулся к ближайшему из них. Успел вырвать ствол.
А потом началась пальба.
Наверно, я бы погиб. Если бы за секунду до этого снова не почувствовал что-то вроде невидимого прикосновения. Оно было очень деликатным, едва заметным, но как будто по волшебству включило мой «особый режим».
В этот раз всё было немного по-другому. Сразу же, в первое мгновение, я ощутил рядом присутствие некой сущности, существующей в точно таком же измерении, способной видеть, ощущать и предугадывать.
Время остановилось.
Эта сущность словно тянулась ко мне. «Хозяин, — оно общалось без слов; я угадывал смысл послания через странные оттенки эмоций и через образы, которыми оно делилось, — катастрофа… ошибка… невозможное…»
Я одновременно находился в камере (резервный проход для обслуживания защитного контура, теперь я это знал), где застыли фигуры вот-вот готовых нас растерзать боевиков, где замер Кай, управляясь с незнакомым оружием… и в то же время я был в далёком прошлом. Ещё одну пропасть времени назад. Когда сама Вселенная была моложе.
Я временно стал кем-то другим.
Я был садовником. Который создает новые планеты из звёздной материи.
Я хорошо выполнил свою работу.
Я уже посеял первые семена жизни на медленно остывающих комках материи.
Потом у второй планеты происходит нечто невозможное. У меня жесткие рамки, я не могу мыслить так, как мыслят хозяева. Мои алгоритмы сложны, но прописаны точно и чётко.
(та часть меня, которая оставалась Гришей, понимала, почему всё именно так; искусственный интеллект на основе квантовых процессов исключительно опасный инструмент; значит, Создатели, имеют изначальную биологическую природу, раз ограничивают своих слуг; и ещё пришло осознание — интеллект этого корабля принял меня за одного из Создателей)