Не буду скрывать, я много раз представляла этот момент. Проигрывала наш диалог, пыталась предсказать его реакцию. Но сейчас, глядя на его искренний неприкрытый восторг, я понимаю, что даже мои самые смелые мечты были очень далеки от реальности.
Из клиники мы выходим с целым ворохом фотографий и дисков. Думаю, если бы там предлагали, как делают это ушлые предприниматели после различных экскурсий, печать фото с УЗИ на магнитах и тарелках, Кулаков купил бы и их. Мне кажется, даже я после первого визита к врачу не задавала столько различных вопросов.
По дороге домой он продолжает расспрашивать меня обо всем, что произошло за время его отсутствия, и сам же периодически перебивает мою речь восторженными воскликами:
– У нас будет дочь! Не могу поверить, что у нас будет дочь!
К тому времени, как мы добираемся к моему дому, у меня уже не остается сил для эмоций. Потроенные действием гормонов, они выкачали из меня последние ресурсы. Мне одновременно и радостно, и грустно, я счастлива и опечалена, я… Я безумно рада, что Алексей с таким восторгом принял нашего ребенка, но я бы соврала, если бы сказала, что не хотела хотя бы частичку этой любви для себя.
Завидев нашу компанию на пороге, Кристина начинает бомбардировать нас вопросами, но под взглядом Алексея тут же замолкает и бормочет:
– Мне нужно в магазин сходить.
– Но ты же, – открываю я рот, чтобы напомнить ей об огромных пакетах, которые видела, когда пришла, но понимаю, что это тщетно. Удивительным образом, пока меня не было, эти двое спелись.
– Как тебе удалось? – хитро щурюсь на Алексея. – Еще вчера она готова была…, – замолкаю на полуслове, решив, что ему лучше не знать, что она хотела сделать с его половыми органами.
– Я с ней не спал! – восклицает он и, когда я начинаю кашлять от слишком резкого вдоха, добавляет: – Честное слово!
– У меня и в мыслях не было, что ты с ней… что вы…. Просто она злилась на тебя за то, что ты меня бросил и…
– Я тебя не бросал, мышка, – упрямо повторяет он. – Это ты отказалась со мной поехать.
– Куда? Ты мне ничего не объяснил, – моментально вскипаю, готовясь высказать все, что я о нем думаю. Но вместо того, чтобы продолжить перепалку, он поднимает руки в примирительном жесте и выдыхает:
– Да, согласен. Я поступил как последний кретин, мышка. Я не сказал тебе, куда еду, не сказал, почему, и самое главное… я не сказал, как сильно тебя люблю!
Начинаю часто-часто моргать, но даже это не спасает меня от щедрого потока слез из глаз. Четыре месяца назад я бы много отдала, чтобы услышать эти слова. Господи, я бы отдала все…