И пока я пытаюсь прийти в себя и полностью осознать перспективу совместной ночевки в одной кровати, босс выдает мне чистое полотенце и проводит в ванную комнату.
В каком-то ступоре я принимаю душ, чищу зубы и так же заторможено надеваю на себя его длинную белую футболку. Не могу до конца поверить, что я действительно собираюсь провести ночь со своим боссом. Я вообще ни разу не ночевала вне дома. Родительский дом, общага, съемная квартира. Три разных кровати за всю мою сознательную жизнь. И вот сейчас я впервые собираюсь остаться с ночевкой у мужчины.
Пользуясь тем, что Кулаков тоже пошел в душ, я достаю телефон и быстро набираю сообщение Кристине, чтобы она не волновалась. Вижу, что она тут же начинает писать ответ, но трусливо отключаю телефон еще до того, как она успеет его отправить. Знаю, что завтра мне придется ей все объяснить и, возможно, выслушать гневную тираду о том, какая я глупая и наивная. Но сейчас я хочу просто продлить то волшебство, которое превращает мой мозг в вязкую кашицу.
– Готова? – спрашивает Алексей, появляясь в спальне.
Я лишь киваю в ответ, уверенная, что из-под толстого одеяла, которое я натянула по самые глаза, голос мой он не услышит.
Он тоже решительно кивает и в следующее мгновение я чувствую жар его тела рядом с собой. От неожиданности я громко ойкаю и еще больше зарываюсь под одеяло.
– Спокойной ночи, мышка, – с легкой издевкой в голосе шепчет босс и притягивает меня к себе.
Какое-то время мы лежим, не шевелясь, его подбородок упирается в мою макушку, а руки обвивают тело. Я слегка ерзаю, пытаясь найти удобное положение, но едва наткнувшись на твердую эрекцию (а после сегодняшнего вечера у меня уже не осталось никаких сомнений, что это точно она), я так и замираю. Кулаков громко дышит мне в ухо, а его пальцы мягко ласкают мой живот.
Он даже под футболку залезть не пытается, но моя кожа все равно обильно покрывается мурашками, а вулкан внизу живота вспыхивает с новой силой. Я чувствую, как лава внутри начинает бурлить и дымиться, толкается в стенки живота, опоясывает легкие и хаотично мечется внутри в поисках выхода. В какой-то момент она, видимо, заполняет собой и мозг, сжигая последние здравые мысли, потому что по-другому я не могу объяснить свои следующие слова:
– Помнишь, что ты сделал вчера? Ты не мог бы это повторить, пожалуйста?
Глава 31 Алексей
От ее слов шарахает меня, конечно, знатно. Молнии пронизывают одновременно и пах, и мозг. Ах ты ж моя наркоманка! Подсела на оргазмы, невинная девочка?
На пару секунд ее тело напрягается, будто она боится, что я откажу ей, но как только мои руки начинают скользить вниз, Марьяна расслабляется и издает настолько сладкий и протяжный стон, что у меня окончательно сносит крышу.