Когда фотограф позвал следующего, я шагнула в сторону, надеясь тихо исчезнуть.
И врезалась в кого-то тёплого и… бархатного.
Мужская рука быстро легла мне на локоть — лёгкое касание, почти невесомое, но от него по коже пробежали мурашки. Я подняла голову. Высокий мужчина. Бордовый пиджак с чёрными лацканами. Глаза тёмные секунду изучали меня.
Мы оба тут же отвернулись. Но пока я сделала вид, что поправляю платье, взглянула на него ещё раз. Сердце мягко ударило о рёбра.
Странно. Смешно. И… точно не просто так.
Серхат таскал меня от одного к другому, знакомил, иногда просил сфотографироваться. И всем твердил, что я будущее турецкого кинематографа. Мои уши краснели. Он профессионал, однако, некоторые изречения звучали слишком фальшиво.
Я перезнакомилась с огромным количеством разных людей, но меня не отпускало любопытство: кто же был тот мужчина в бархатном пиджаке? К сожалению, за весь вечер я больше его не увидела. Серхат меня к нему не подводил. Может, он и не очень важная личность. Но всё равно интересно.
Человеческий фактор — если тебя что-то коснулось, надо узнать, что это.
Но я не узнала. А потом забыла.
Мерт, как и обещал, заехал за мной после мероприятия уже на другой машине — немного попроще, но не менее привлекательной. Я, всё ещё ощущая себя красивой и богатой, улыбнулась ему.
— Куда поедем?
— Встретимся с одним человеком.
— С кем? — насторожилась я.
— Режиссёр. Мне нелегко было договориться с ним о встрече, поэтому не приму отказов и оправданий. Я хочу, чтобы ты засияла.
Не веря ушам, я задержала дыхание.
— Ты не шутишь?
— А похоже? — он мягко провёл пальцами по моей щеке.
На моём лице засияла широкая улыбка. Это самое настоящее везение. Таких мужчин, как Мерт, ведь не бывает. Мне снится сон. Но это прекрасный сон!
Машина неслась по улицам сказочного Стамбула, и у меня создалась иллюзия, будто я попала в другое измерение. Это не моя жизнь, но именно я её проживаю.
Спустя сорок минут мы остановились у старого особняка в Нишанташи, с высокими окнами и тяжёлой дверью, за которой, казалось, решались судьбы.
— Не нервничай, — шепнул мягко Мерт и взял меня за руку. — Танер Йылмаз любит раскрепощённых людей.
Имя прозвучало весомо. Я уже слышала его раньше. Не из первых рядов, но достаточно больших имён, чтобы напрячься.
Танер Йылмаз оказался мужчиной лет пятидесяти, но это внешне. Возможно, ему больше. Внимательный взгляд изучал меня. Танер оценил меня сразу не как женщину, а как материал. Это чувствовалось в его ленивой манере.
— Вы русская? — спросил он, когда мы сели в глубокие кожаные кресла.