В воздухе пахло жареным — где-то поблизости находился уличный ларёк. Тёплый запах масла, теста и кунжута тянулся по аллее. Наверное, жарились симиты или что-то вроде гёзлеме. У меня заурчало в желудке, однако об ужине мне рано было думать, потому что рядом присела молоденькая девушка с очень обеспокоенным лицом.
Некоторое время мы обе молчали, разглядывая дворовых собак с жёлтыми бирками в ушах. Одна растянулась прямо на плитке, положив мордашку на лапы и прикрыв глаза. Другая медленно обнюхивала урну в надежде найти что-нибудь съедобное.
Иногда они поднимали головы на прохожих, без интереса — просто отмечали движение и снова возвращались к своим делам.
— Как вы меня нашли? — тихо спросила я девушку.
— Я… за Мертом следила. А сегодня случайно вас увидела и решила, что больше ждать нельзя.
— Кто ты? — Я резко перешла на «ты». В конце концов, девушка намного младше меня.
— Меня зовут Зубейда. Я — сестра Семры.
— Хорошо. А Семра кто?
— Она… — Зубейда замялась. — Считалась невестой Мерта.
И почему я не удивилась?
— Вот как? Но она не может быть его невестой, потому что у Мерта есть жена.
— Семра до сих пор этого не знает. Тут такое дело… Могу я быть откровенной с вами?
— Конечно.
— Два месяца назад Семра представила семье своего жениха Мерта. Наш отец сразу же нашёл с ним общий язык. К тому же Мерт был очень внимателен к Семре, да и ко всей нашей семье. Мерт признался, что сирота и что желает найти достойную работу. Отец, являясь владельцем небольшой строительной компании, обещал подсуетиться и найти ему достойное его зятя место. Потом мы все начали готовиться к помолвке. Семра уже заказала платье, Мерту костюм сшили. Всё было хорошо, и я очень радовалась за старшую сестру. Вот только неделю назад я случайно подслушала, как он ругается на кого-то по телефону. Сначала решила, что с другом или родственником, а потом услышала женское имя… ваше, полагаю. До сих пор не могу его правильно произнести. С того дня вместе со своей лучшей подружкой начала следить за ним. Сначала выяснила адрес… а потом увидела вас… вдвоём. Моя подружка рискнула расспросить соседей, кто живёт в том убогом доме, и ей ответили — муж и жена. Поймите, я не с плохими намерениями. Мне сестру жаль, да и вас он обманывает, получается. Нехорошо это.
— Он не очень хороший человек, Зубейда, — спокойно сказала я, выслушав всё это с таким безразличием, будто речь шла совершенно о посторонних судьбах.
— Это я уже поняла. И не знаю, что делать. Семра склонна… как это сказать… Она уже чуть не убила себя из-за неразделённой любви. Боюсь представить, что будет теперь.