— И не мечтай. Я не намерена тратить свою жизнь на такое ничтожество, как ты.
Охваченный мгновенной яростью, Мерт опрокинул стоящий на пути стул, на котором стоял бидончик с булгуром. Крупа рассыпалась по полу. Я обогнула диван и теперь пятилась в сторону кухни. Мерт, сжав губы, шёл на меня.
— В этой жизни ничтожество — это ты, Ксюша. Русская шлюха! Такая же, как все! Подстилка! Думаешь, Юсуф Арслан лучше? Думаешь, он женится на тебе? Нет. Он поимеет тебя, а когда надоест, бросит так же, как и других женщин.
— Не суди людей по себе.
Новая колкость призвала его к действию. Я не успела уйти в сторону. Он схватил меня за горло и прижал к стене. Я чувствовала его всем своим телом, как будто он пытался вдавить меня в стену. В спину упирался штекер от зарядного устройства, и это было больно.
— Слушай сюда, грязная тварь, я не шучу. Хочешь ещё хоть раз в жизни увидеть свою дочь, пойдёшь со мной. Мы поговорим, наладим наши отношения. Всё будет как прежде. Я даже забуду, что ты кувыркалась с Юсуфом Арсланом.
Я плюнула ему в лицо. Он ударил меня по щеке. Кольцо на его пальце рассекло мне щёку. Я вскрикнула от боли, упала на четвереньки и поползла под стол. Мерт успел схватить меня за хвост, потянул и заставил подняться на ноги.
Я громко вскрикнула.
Входная дверь по-прежнему была открыта, и я надеялась, что кто-нибудь услышит и придёт на помощь. Мерт же об этом не думал. Он крепко держал меня за волосы и дышал в левое ухо.
— Прекрати этот спектакль. Сама же себе хуже делаешь.
— Тебе не удастся вывести меня отсюда.
— Правда? Хочешь проверить? — усмехнулся он, крепко прижимая меня к себе. — Ксюша, я не просто выведу тебя отсюда, но и увезу.
— Я не хочу с тобой ехать, — я заговаривала ему зубы, а сама в это время искала глазами подходящий предмет, чтобы защититься. Я подумала, что свободной рукой смогу схватить что-то и, может быть, стукнуть его.
Зазвонил мой телефон. Мерт криво улыбнулся. Мы подошли к шкафу, и он взял телефон. На экране светилось имя Юсуф Коллега.
— А чего так официально? Он же любовник. Надо было «Ашкым» написать. Или я у тебя «ашкым»? Хм. Было бы забавно. — Он стал очень серьёзным. — Поговори с ним. Скажи, что всё было прекрасно, но ты возвращаешься домой к мужу. Скажи, что передумала разводиться, что не любишь его.
Телефон замолк. Но Мерт продолжил:
— Хотя бы одно неверное слово, и я… — он взял с полки ножик для резки бумаги и приложил лезвие к моей щеке, по которой стекали слёзы, смешиваясь с кровью из царапины. Юсуф снова позвонил, и Мерт сказал: — Готова?
Я закрыла глаза и пискнула что-то вроде «готова».