— Что значит исчезла?

— То и значит. В доме ее нет.

— Там охрана.

— Была.

— Ты говорил, двое у входа и задний двор.

— Да.

— И никто не видел?

Оскар сжал челюсть.

— Один стражник найден без сознания в хозяйственном коридоре. Второго пока ищут.

У меня похолодели руки.

— Когда?

— Возможно, еще до рассвета.

— И вы только сейчас заметили?

— Служанка приносила завтрак и получила ответ из спальни. Мы считали, что Велара внутри.

— Кто ответил?

— Пока не знаем.

Я вспомнила спокойное лицо Велары в архиве.

Ее уверенность, что правитель обязан выбирать стаю.

Надежду, что дети никогда не пробудятся.

— Она знала про закон принудительного признания?

Оскар нахмурился.

— Точно знала старую запись.

— Там перечислены запрещенные способы.

— Да.

— И если она считает, что Кайран сейчас губит стаю ради детей...

Он понял раньше, чем я договорила.

Лицо изменилось.

— Дети.

Я уже открывала дверь.

— Марк! Лея! Леон!

Трое появились почти сразу.

Оскар вошел следом.

— Что произошло? — спросил Леон.

Я старалась говорить спокойно.

— Велара ушла из своего дома без разрешения.

Лея сразу спросила:

— Она идет сюда?

— Не знаю.

— Поэтому ты боишься.

Иногда мне хотелось, чтобы дети видели меньше.

— Да.

Кайран появился через несколько минут вместе с двумя стражниками.

Оскар, видимо, успел послать человека за ним до того, как пришел ко мне.

Он вошел быстро, увидел детей, потом меня.

— Все здесь?

— Да.

— Дом проверили?

— Еще нет.

Он повернулся к стражникам.

— Полностью. Чердак, подвал, сад, хозяйственные постройки. Потом внешний круг.

Я подошла.

— Велара знает старые обряды?

Кайран посмотрел.

— Вероятно.

— Насколько хорошо?

— Она хранитель. Была хранителем.

— Это не ответ.

— Хорошо.

Я почувствовала, как тревога становится яснее.

— Если она уверена, что только дети способны вернуть связь...

— Алира.

— Не успокаивай. Думай.

Кайран уже думал.

Это было видно.

— В старом законе запрещено принуждение, — сказал он. — Значит, существовали способы, которыми пытались обойти добровольность.

Элвар вошел почти сразу за ним.

Услышал последнюю фразу.

— Существовали.

Мы все повернулись.

— Какие? — спросил Кайран.

— Старые обряды привязки. Большинство запрещены именно после случаев с лунными тройками.

У меня пересохло во рту.

— Вы знали и не сказали?

— Я говорил о запрете принуждения. Не думал, что здесь кто-то попытается использовать обряд, который не проводили столетиями.

— Велара двадцать лет хранила книги.

Элвар побледнел.

— Да.

Кайран уже отдавал распоряжения:

— Закрыть ворота. Никто не покидает внутренние земли. Проверить старые святилища, зал клятв и родовой круг.

Элвар резко сказал:

— Не только их.