Я нашёл нужное заведение, над входом которого светилась светодиодная вывеска со старомодным шрифтом: «Кабинет Архимага». Толкнул тяжелую, обитую чёрным железом дверь и оказался в небольшом помещении, откуда прошел в главный зал, остановившись в паре метров от барной стойки. Там меня встретила девушка в длинном сером платье, стянутом чёрным кожаным корсетом с металлическими заклёпками. Поверх была накинута просторная бархатная накидка. Волосы девушки были собраны в хаотичный пучок, и в нём, словно самая обычная заколка, торчала изящная волшебная палочка из тёмного дерева с серебряным навершием.

— Добро пожаловать, молодой маг, — сказала она с лёгкой, едва уловимой улыбкой. — Вас ожидают или вы случайно забрели в наши сокрытые чертоги?

Она склонила голову и с интересом посмотрела на меня, ожидая ответа. Я на секунду задумался, но тут же нашёлся, решив поддержать игру.

— Меня должен ждать маг Николай.

— А, коллега Николай! Конечно, он уже прибыл, — она кивнула, и от этого жеста её палочка-заколка чуть качнулась. — Идемте за мной, я провожу вас в санктум.

Я послушно последовал за ней, очарованный изяществом девушки. Она очень органично вписывалась в атмосферу заведения. Вопросов, почему это место так впечатлило Николая, больше не возникало.

Заведение и правда недавно открылось, и посетителей в главном зале не было. Массивные, почерневшие от времени дубовые столы пустовали. Грубые скамьи были покрыты шкурами. С потолка свисали на черных цепях кованые люстры с мерцающими магическими лампадками. Вдоль стен стояли дубовые стеллажи, доверху забитые фолиантами в потрепанных переплетах. Я заметил нескольких сидевших на специальных жердях механических сов, чьи головы плавно поворачивались, сопровождая посетителей ленивыми, но при этом почти живыми взглядами. Их глаза пульсировали мягким янтарным светом, в такт тихой музыке, будто совы не просто наблюдали за посетителями, а пристально изучали их, распознавая, кто пришел с миром, а кто — со злым умыслом.

Мы прошли через зал и вошли в помещение, которое было чуть меньше. И первым, что бросилось в глаза, стала угольно-черная кошка, свернувшаяся калачиком на барной стойке. Её хвост вальяжно помахивал пушистым кончиком, а глаза, горящие ярко-желтым светом, лениво приглядывали за каждым вошедшим. Понадобилась пара секунд, чтобы понять: это тоже механизм, который был выполнен с поразительным натурализмом. Когда я проходил мимо механический кот издавал почти мурлыкающее потрескивание, и я на секунду поверил, что вот-вот почувствую на щиколотке прикосновение бархатистой кошачьей лапки. Но пушистая красавица продолжила лениво дремать.