— Добрый вечер, — мягко произнесла она. — Добро пожаловать в «Невский уют». У вас бронирование?
— Да, — ответил я, доставая из внутреннего кармана кителя документы. — На имя Алексея Орлова.
Она взяла мой паспорт, проверила данные в компьютере. Пальцы быстро забегали по клавиатуре:
— Вы у нас надолго? — не отрываясь от своего занятия, произнесла она.
— На одну ночь, — признался я и быстро добавил: — Пока не знаю точно. Все зависит от работы.
— Понимаю, — кивнула она, продолжая оформление. — Если понадобится продлить проживание, дайте знать заранее. У нас обычно есть свободные номера.
Я молча кивнул, разглядывая изображение ангелов над ее головой. При ближайшем рассмотрении работа поражала еще больше. Лица излучали спокойствие и какую-то древнюю мудрость. Странно было видеть подобное в обычной гостинице.
— Красивая работа, — заметил я, кивнув на картину с ангелами.
Девушка обернулась, посмотрела на ангелов, будто видела их впервые за долгое время.
— Да, — в ее голосе прозвучала нотка гордости. — Это наша визитная карточка. Говорят, художник был очень верующим человеком. Расписывал храмы, а эту работу сделал для владельца гостиницы как подарок.
Я улыбнулся. Потому что девушка не врала. И мастер действительно был талантлив. И вложил в эту картину частичку души. Потому что ангелы получились одушевленными, написанными энергией. Не такой, как картина в кабинете проректора, а светлой. Защищающей это место от злых сил. Наверное, поэтому я и не почувствовал в здании ничего необычного. Только спокойствие и умиротворение.
Она протянула мне паспорт, ключ и небольшую папку с информацией.
— Номер триста семь, третий этаж, — с улыбкой произнесла она. — Лифт прямо за углом. Завтрак с семи до десяти, если захотите. Приятного отдыха.
— Спасибо, — я взял ключ, чувствуя приятную тяжесть усталости в теле.
Развернулся и направился к лифту, сжимая в руке пакет с едой. Мне нужны были ужин и сон. Завтра начиналась новая жизнь.
Глава 4 Добро пожаловать в столицу
Я поднялся на свой этаж, нашел нужную дверь, отпер ее ключом, полученным на стойке. И вошел в комнату, которая оказалась небольшой, но продуманной до мелочей.
Вдоль правой стены стояла односпальная кровать с деревянным изголовьем, застеленная белоснежным бельём и тёплым шерстяным пледом орехового оттенка. Рядом расположилась тумбочка с лампой. В изголовье кровати было узкое, но высокое окно с тяжёлыми портьерами глубокого синего цвета. Сквозь незанавешенное стекло в комнату проникал приглушённый свет фонарей Невского проспекта, рисуя на полу причудливый узор света и тени.