Старший жрец кивнул:

— Да. Спасибо. Но в следующий раз лучше прячьтесь. Вам очень повезло. Демон, который поселился в этой кукле, был очень уж самоуверенным. За что и поплатился.

— Понял, — кивнул я.

Артем хлопнул меня по плечу:

— Если найдете одержимые предметы, обращайтесь, Алексей. Вас же учили обращать внимание на странные предметы, в которых может жить всякая чертовщина?

Он внимательно посмотрел на меня. Я хотел было ответить, что я их с детства чую, но промолчал. Вместо этого произнес:

— Обязательно.

Артем отошел в сторону, а жрец, наконец, начал опрашивать меня. Я отвечал на вопросы скорее машинально, думая о своем. Одержимые делились на классы. От пятого до первого. Пятый был совсем не опасен и иногда даже помогал людям, чтобы они ничего не заподозрили. Обычно в этих случаях обладатели проклятой вещи считали, что предмет приносит удачу, но в ответственный момент тот обязательно их подводил, напитываясь разочарованием.

Четвертый, третий и второй питались более сильными эмоциями. Причем третий и второй классы могли проклинать носителя и даже высасывать из него жизненные силы. Первый же класс мог действовать более прямолинейно. Как эта марионетка, которая несколько минут назад хотела разорвать на части несколько человек. Первый класс был самым опасным. И самым редким. И такая тварь прямо в центре города, где полно туристов…

Да и насколько я помнил из базового курса одержимости, демоны первого уровня просто так не появлялись. Должно было пройти очень много лет или даже десятилетий, чтобы демон «отъелся» до такого состояния, что мог бы легко управлять телом и при этом пробивать силовую броню бойцов элитного отряда Синода. Либо…

Я замер, пораженный собственной догадкой.

Либо сильного демона просто призвали из астрала, что тоже случалось. Ритуалы таких призывов были сложными, и, само собой, попадали под строжайший запрет, а практикующих такое умельцев увозили в Синод, откуда умельцы уже не возвращались, но желающих потянуться к запретным знаниям в мире всегда хватало. Темная сторона знает, как соблазнить хрупкую человеческую душу и склонить ее на свою сторону.

Я покосился в сторону дома. Либо в здании годами зрела эта зараза, причем оперативники ОКО не обратили на нее никакого внимания в предыдущие два посещения дома, либо тварь призвали и поселили в эту марионетку совсем недавно.

— Алексей!

Голос жреца вырвал меня из раздумий:

— А? — растерянно пробормотал я, сфокусировав взгляд и глядя на стоявшего передо мной оперативника. — Что?

— Подпишите здесь, — он протянул мне планшет с закрепленным на нем бланком протокола.