Но для того, чтобы вступить с Карло в словесный контакт, для начала нужно было проникнуть на его ранчо. Снова. Но теперь, как я предполагал, сделать это будет уже намного сложнее.

Так и получилось. Для начала я понаблюдал за поместьем издалека, в бинокль. Хозяин был дома. Я увидел, как он, одетый в халат, выходит из своего особняка, курит на крыльце трубку и, размахивая руками, покрикивает на кого-то из челяди. Карло был всё так же похож на ворону. И, судя по всему, в ближайшее время никуда выезжать из поместья он не собирался. Это было хорошо.

А плохо было то, что с последнего моего визита сюда охрану ранчо значительно усилили. Возле ворот отирались двое автоматчиков. Ещё человек пять патрулировали периметр и бродили по дорожкам вдоль забора. И даже снаружи, в прилегающем к забору редком лесу, я заметил бродящих между деревьями охранников. А чтобы лес прилегал к поместью не так сильно, в промежутке несколько метров от забора его просто вырубили. Всё правильно, времена наступили тревожные. Старым способом пробраться внутрь не получится.

Пришлось выдумывать новый способ.

Ранчо у Карбонары было немаленькое. Кроме охраны там крутилась ещё куча разного народа — работники, технический персонал. И вот один из этих людей, мордатый тип с нахальным лицом, запрыгнул в стоящий у гаражных боксов фургончик и покатил на выезд.

Это было как раз то, что мне нужно. Я запрятал бинокль в рюкзак и побежал к машине.

Фургон я догнал уже на трассе, что вела городу. И проследил за ним. Толстяк приехал к городскому рынку, пробыл там минут двадцать, притащил к машине покупки. Потом заехал ещё в пару магазинов, а на одной из улиц остановился, чтобы поговорить по телефону-автомату. Всё это время я ждал его в своём «Фиате» — он всё равно должен был вернуться к фургону. Собственно говоря, без своего фургончика сам этот тип был мне без надобности.

Когда он поехал обратно, я последовал за ним. Недалеко от перекрёстка, где красный свет на светофоре горел особенно долго, обогнал. Оставил машину на обочине. Подождал, пока фургончик подъедет и остановится в ряду других машин у перекрёстка. И тогда подошёл, открыл пассажирскую дверцу и уселся рядом с мордатым.

Он повернул голову, выкатил на меня свои лупатые глаза. Заорал:

— Э, какого чёрта⁈..

— Давай езжай, — сказал я и помахал у него перед носом пистолетом.

Удивление и агрессия на лице водителя фургона сменились испугом и пониманием, что лучше ему не дёргаться. Когда зажёгся зелёный, мы благополучно тронулись.

Карбонаровский работник искоса посматривал на меня и молча крутил руль. Так мы проехали пару кварталов. За окном потянулись одноэтажные дома римского пригорода.