А дальше случилось нечто ещё более интересное.
— Эй! Кто здесь⁈ — прокричал требовательный мужской голос. — А ну выходите!
Ни на каких ёжиков этого было уже не списать.
Глава 8
Как только во дворе начало скрипеть и трещать, я мгновенно сложил свою находку обратно в папку и погасил фонарик. Раздавшийся крик застал меня уже рядом с балконной дверью. Кричали на обратной стороне двора, но посреди ночной тишины звук этот пронзал дом насквозь. Готовый бесшумно открыть дверь, сигануть с балкона и раствориться в прохладной темноте, я решил всё же немного выждать.
И, как оказалось, правильно сделал.
— Выходите! — повторил своё требование хриплый ночной вопль.
А вот дальше последовало неожиданное.
— Эй, Кармела! — заорал вдруг тот же человек. — Где ты там, изменщица? А ну, давай, покажись!
После этого во дворе повисла пауза. Но продлилась она недолго.
— Это ты, Альфредо? — послышался сонный голос хозяйки виллы. — Что такое? Чего ты так орёшь?
— Ага! — возопил неизвестный Альфредо.
Если до этого он орал откуда-то сбоку, то теперь, кажется, успел уже оказаться во дворе.
— Меня не проведёшь! — продолжал ночной гость своё выступление. — Я ясно видел, как к тебе туда залез какой-то мужик!
Вот это номер, подумал я. Ничего себе тут страсти, соседские взаимоотношения. Так вот какой ёжик шуршал за забором. А теперь вломился через боковую калитку и надрывает своё бессонное горло.
— Что ты болтаешь, какой ещё мужик? — закричала в ответ хозяйка. — Приснилось тебе там с перепою? Совсем сдурел, кретино…
— Ме-е-е! — внесла свой взнос в общий бедлам запертая в сарае коза.
Но ревнивец и не думал отступать.
— Я видел своими глазами! — нёсся в ночи обиженный вопль. — Вероломная! Днём воркуешь со мной, а как стемнело, вот ты как. Открывай!
— Пойди проспись, несчастный! — кричала из-за двери обалдевшая от происходящего женщина.
В дверь загрохотали кулаки.
— Отопри немедленно!
— Ме-е-е!
— Уходи, сумасшедший!
— Не уйду! Открывай!
— Ме-е-е! Ме-е-е!
Слушать это было увлекательно, но я чувствовал, что уходить надо мне самому. Сейчас сюда на эти вопли сбегутся все окрестные соседи. Удивительно, как это они до сих пор не здесь.
Я выбрался на балкон и уже занёс ногу на перила, когда из-за дома до меня донеслось:
— Ты лучше открой, Кармела! Не то пожалеешь. У меня пистолет. Я убью себя! А потом тебя! И твоего любовника тоже!
— О, господи, мама миа! Какого любовника, Альфредо?
— Тогда узнаешь, какого!
Я остановился. То, что началось как бестолковая комедия, приобретало дурноватый и трагичный оборот. События эти, кажется, могли закончиться совсем печально.