Но всё повернулось по-другому.

Микроавтобус свернул с шоссе на едва заметный съезд. Протянул с полкилометра по грунтовке. Остановился. Фары осветили забор, сквозь железные прутья наружу лезли густые ветви кустов. За ними виднелись бетонные стелы и кресты. Это было старое церковное кладбище.

Сквозь широкую дыру в заборе мы прошли на территорию. Молча прошагали по заросшему травой проходу между памятниками.

Впереди показался чёрный прямоугольник ямы. И тогда сзади клацнуло затвором и в спину мне ткнулся автоматный ствол.

— Стой! Становись вон туда!

Розетти вынырнул из-за моего плеча, указал на утоптанный и свободный от грунта край могилы. Я подошёл к яме. Оттуда несло прелью и свежей землёй.

В глаза мне ударили лучи фонариков. Люди стояли за спиной Розетти. Рядом с ним появилась тёмная фигура, это был Тони Бертолето. Он приблизил своё хмурое лицо к моему.

— Ну, давай, рассказывай! — прокричал он, взмахнув у меня перед носом серебристым пистолетом крупного калибра. — Зачем решил внедриться к нам? На кого работаешь?

— Признаешься сразу, — процедил Розетти, — прострелим ноги и отпустим. Будешь упрямиться, тогда так легко не отделаешься.

Я скорчил непонимающее, обиженное лицо.

— Что вы такое говорите? — возмутился моим голосом наивный человек Нико Бранчич. — Я ни на кого не работаю. А к вам я пришёл, чтобы участвовать в борьбе…

Рассказывая это, я незаметно посматривал по сторонам. Если сейчас из-за спин террористов вынырнет лично офицер ЦРУ Рональд Старк, то всё пропало. Пропало для операции по внедрению в Бригады. Сам-то я, пользуясь окружающей темнотой, постараюсь уйти. Может, даже и получится.

Нет, офицер Старк не появился. Всё это было представление, комедия. Меня просто проверяли. Они убрали оружие, и Тони Бертолето шутливо сунул мне кулаком в живот.

— Не обижайся, чемпион, — дружески проговорил он. — Мы должны были это сделать. Некоторые, бывает, раскалываются.

Вся компания разом зашевелилась и расслабленно загомонила.

— А ну, тихо! — прикрикнул посерьёзневший Тони. — Теперь идём к складу.

Боевики примолкли. Под ногами зашуршала трава, мы направились к часовенке, что темнела в середине кладбища. Вида она оказалась ветхого, хоть и каменная. Зато дверь красовалась добротными новыми досками, было видно, что вымазали грязью её специально, для маскировки. В крепких кольцах висел массивный замок.

Ренато Розетти зазвенел ключами.

Скоро мы, выстроившись цепочкой, уже передавали друг другу то, что запрыгнувший в подвал часовни Бертолето протягивал наверх. Это было оружие: «Калашниковы» и чехословацкие пистолеты-пулемёты «Скорпион». А также брезентовые сумки с «магазинами» к ним. Быстрые тени деловито двигались в свете поставленного на бетонный могильный крест фонарика.