— Успели поцапаться? — предположил я.

— Вовсе нет, — уверила меня ведьма, поднимаясь на ноги. — Просто спросила, как он дошел до такой жизни.

— Мудрец не плачет о былом, живет одним лишь только днем, — немедленно выдал маэстро Салазар. — Но клушам это не понять, их жизнь — то кухня, то кровать!

На экспромт это высказывание нисколько не походило, слишком уж хлестко припечатал девчонку Микаэль. Та лишь растянула бледные губы в неприятной ухмылке.

— Мудрец? Не смог подобрать рифму к слову «пьяница»? — спросила она, покидая каморку, и напоследок проворковала: — Помни о печени!

— Помню-помню! — отозвался маэстро и сплюнул в стоявший у кровати ночной горшок.

Нервно теребя узелок с травами, Марта начала пониматься по лестнице. Я двинулся было следом, но меня придержал Уве.

— Магистр! — прошептал он срывающимся от волнения голосом. — Это не ее ищут герхардианцы? Я слышал разговоры…

Пришлось задержаться и вправить слуге мозги.

— Уве! Ты ведь знаешь, что я присутствовал при побеге ведьмы из миссии ордена, так? Твое отожествление беглянки с Мартой делает меня соучастником и укрывателем особы, находящейся в розыске по обвинению в чернокнижии. Подумай хорошенько, это именно то, что ты собирался сказать?

Паренек несколько раз открыл и закрыл рот, потом замотал головой.

— Нет, магистр! У меня и в мыслях ничего такого не было! Я просто… просто сказал без задней мысли!

Я пристально посмотрел на слугу, затем кивнул, похлопал его по плечу и зашагал вверх по лестнице. Когда нас уже никто не мог подслушать, Марта негромко и не особо весело рассмеялась.

— Сейчас ты задурил ему голову, а что дальше? Что будет, если он донесет на меня?

— Не донесет. Он разумней, чем кажется на первый взгляд.

— Именно поэтому ты забрался ему в голову?

Я никак не прокомментировал догадку ведьмы, лишь звякнул связкой ключей, давая понять, что не намерен затрагивать эту тему впредь.

— Почему ты меня не убил? — спросила вдруг Марта.

— Твоя смерть несла для меня существенно большие осложнения, нежели сулило выгод успешное бегство, — предельно честно ответил я и отпер входную дверь.

Мы прошли в мансарду, и я полез за огнивом, но ведьма меня опередила. Она склонилась к свече, что-то тихонько шепнула, и на конце фитиля затеплился оранжевый огонек. Эфирное поле мягко шелохнулось, но магическое воздействие оказалось минимальным, едва ли не виртуозным.

— Я практиковалась! — с гордостью объявила девчонка, перехватив мой удивленный взгляд, затем посмотрела на обожженные запястья и провела языком по верхней губе. — А если… Если не справилась бы с оковами, что тогда? Убил бы меня?