Ксении Алексеевне досталось иное обучение. Помимо пансионата, где она училась, за плечами сестры несколько дополнительных образований, полученных с помощью наставников, купленных Алексеем Александровичем. И среди них — история аристократических родов с глубоким изучением вопроса. Такое даже в Царском Государственном Университете не преподают.

Понятно, что я мог бы подключить искусственный интеллект с расчетом на то, что в будущем «Оракул» сможет щелкать древние манускрипты, как орешки. Но большинство исторических памятников, включая родовые книги, мало того что написаны архаичным языком, так еще и наполовину приукрашены.

Доверять им все равно что рассчитывать услышать правду от патологического лжеца. Тот случай, когда слепой очевидец пересказывал глухому писцу то, о чем слышал в кабаке после седьмой кружки пива — примерно столь же информативно и настолько же правдиво.

Ведь кто всерьез напишет мемуары, упустив шанс похвалить себя и очернить соседа?

Ксения Алексеевна вошла ко мне без стука. Влажные волосы по-прежнему собраны в высокий хвост, на плечах — белая свободная блузка со стоячим воротником, поверх которого наброшен шелковый платок с вологодским кружевом.

— Что у тебя случилось? — спросила сестра, опускаясь в кресло напротив моего стола и закидывая ногу на ногу.

Вместо ответа я включил телевизор на стене и вывел туда результаты теста ДНК монаха Василия. В соседнем окне открыл выводы искусственного интеллекта. Собственно, вся загвоздка как раз и заключалась в интерпретации результатов.

— Я, конечно, смогу и сам решить этот вопрос, — пояснил я княжне Казанской, — но подумал, что твоя помощь мне точно не помешает. Да и тебе ведь всегда интересны были такие случаи?

Сестра кивнула, хотя ее взгляд уже был занят списком возможного родства.

— А откуда родом этот человек? — уточнила Ксения, закончив смотреть результаты.

На меня она теперь смотрела со жгучим интересом в глазах. Было ясно, что любопытство сестры я разбередил, и теперь она постарается добиться ответа во что бы то ни стало.

— Предположительно, Греция, — ответил я, выводя фотографию Хранителя рядом со списком возможной родни.

— Это восхитительно! — глядя на лицо Василия, восторженно выдохнула княжна Казанская.

— Что именно?

Ксения посмотрела на меня с улыбкой.

— Дмитрий, что ты слышал о падении Византийской империи и фамилии Палеолог?

* * *

Разговор .

— Я поговорил с мальчиком, Людвиг, — произнес Василий. — И у меня появились вопросы, но не к нему, а к твоим действиям.

— Наш брат заслужил недоверие? — уточнил другой Хранитель.