Шутка ли, несколько дней круглосуточной работы, и столица княжества вообще уже не выглядит так, будто совсем недавно здесь шли кровопролитные бои, горела техника и взрывались снаряды. Литовской губернии такое счастье и не снилось.

Впрочем, информация, которую на меня вывалил «Оракул», пока мы летели, предупреждала и о другой стороне монеты. Резкие инвестиции в Львовское княжество привлекли гиен, которые старались припасть к источнику и разными незаконными путями заполучить деньги Романовых в свой карман.

В ход шло все, на что только хватало смелости и смекалки. В статистике искусственного интеллекта значились махинации вроде подставных компаний с фиктивной историей успешных проектов. Но отдельным бичом стал банальный грабеж, при котором у получивших дотации компаний бравые ребята в боевых доспехах разной степени потасканности старались отжать деньги.

Уничтожались такие рейдеры на месте без суда и следствия. «Рою» на нашей земле не требовалось дополнительных бюрократических разрешений. Так что обезображенные тела грабителей насаживались на кол и выставлялись на всеобщее обозрение.

Варварство? Как можно так глумиться над трупами в наше просвещенное время? Да, безусловно. Но через три дня после первой выставленной партии таких экспонатов Львовское княжество резко недосчиталось почти тысячи залетных вышибал. Разделить судьбу казненных желанием они не горели.

Помимо того, что я прихватил с собой два полностью укомплектованных отряда родовой дружины, вооруженных по последнему слову техники, нас еще и встречали усиленным конвоем. Бронированные машины с гербами Романовых и Львовского княжества недвусмысленно ощетинились стволами винтовок, пулеметов и пусковых установок.

— С прибытием, Дмитрий Алексеевич, — кивнул мне, не отрываясь от наблюдения за округой, Коршунов.

— Доброе утро, Никита Викторович, — ответил я с улыбкой.

Видеть человека, которого знаешь уже много лет, было приятно. Да и самому Коршунову явно нравилось его новое положение. Глава службы безопасности целого княжества — впечатляющий карьерный рост даже для потомка слуг, что работали на нас еще со времен до отречения от престола.

— Прошу в машину, князь, — улыбнулся мужчина. — Здесь все еще небезопасно.

Разумеется, он знал о моих возможностях. И прекрасно понимал, что в случае реального нападения именно я стану тем, кто защищает своих людей с большей вероятностью, чем наоборот. Однако Никита Викторович — не Виталя, ему я приказать остаться в машине во время покушения никак не смогу.

Как минимум по той причине, что служит Коршунов не мне, а Алексею Александровичу. И слово главы рода всегда будет выше моего, каким бы непререкаемым авторитетом я для самого Никиты Викторовича ни был.