А у меня не так много времени, чтобы найти ублюдка и не дать ему совершить это безумие.

Сорок миллионов человек на кону, у нас нет ни времени, ни права на ошибку. Подобная массовая казнь — это уже за гранью.

И ведь я предупреждал царя!..

Злость накатила с такой силой, что чашка лопнула в моих пальцах, осыпаясь фарфоровыми осколками на пол. Защищенные покровом руки не повредились, но хруст меня отрезвил.

Сейчас не время поддаваться эмоциям.

— Никита Викторович, откройте двери арсенала, — приказал я, вызвав начальника безопасности княжества.

— Слушаюсь, Дмитрий Алексеевич.

У меня всего тысяча солдат «Роя», в масштабах даже не такой большой территории, как бывшая Речь Посполитая — это капля в море. Даже зная, где конкретно искать цистерны с газом Измайлова, я не могу послать роботов — они физически не успеют. И это не говоря о том, что Радзимир наверняка действительно подорвет бомбы, если заподозрит, что моя армия двинулась с места.

Но и сидеть без дела я не могу.

Это уже не вопрос уничтожения нескольких человек, чья судьба, по большому счету, не имеет значения. Здесь стоит вопрос о существовании целой популяции, и допустить ее гибель я не могу. К тому же попутный ветер достаточно просто разнесет газ и в Европу, и в Русское царство. Жертв будет больше, намного больше.

Я защищаю человечество, а не безмолвно наблюдаю за тем, как его пытаются уничтожить. Стоит Радзимиру Корибуту активировать бомбы, о троне ему придется забыть, разумеется, но это событие станет триггером, за которым последует разрыв международного договора, положившего конец магической резне.

Когда всем нельзя, значит, никому нельзя. Если позволено одному, то могут повторить уже все, кому хватит наглости. Недаром существовала такая присказка: нарушь один закон, и ты преступник, нарушь все — и ты бог.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться и взять себя в руки, я прикрыл глаза. Можно попробовать связаться с Людвигом — Хранители должны быть кровно заинтересованы в том, чтобы остановить безумца. Это ведь их задача — сохранять равновесие, чтобы не дать миру превратиться в труху.

И даже тот факт, что мне, возможно, придется раскрыть «Оракул», тут уже роли не играет. Не тогда, когда на кону стоит сорок миллионов ни в чем не повинных людей.

— Анализ закончен, князь, — доложил искусственный интеллект, выводя точку на карту перед моими глазами. — Изначальный адрес отправки видеозаписи Северная Америка, Испанский протекторат, город Сан-Агустин.

— Тварь, — выдохнул я сквозь стиснутые зубы.

За четыре часа мне туда не добраться. А сам Радзимир Корибут может спокойно потягивать вино на какой-нибудь вилле, пока его собственные подданные гибнут от газа. Сам «король Речи Посполитой» отсидится в безопасности и даже наверняка не слишком расстроится.