— Ошарашенный союзник пока никак не мог прийти в себя. — Да-да, конечно. Открыв рюкзак, он вытащил шоколадку: — Держи. — Издеваешься? Меня сейчас стошнит. Я этого шоколада на годы вперед наелся. — Колбаса, сыр? — Наконец-то мужик вспомнил про остальные запасы. — И то, и другое. И побольше! — На ночь лучше много не есть, плохо спать будешь, — посоветовал «кормилец», передавая мне продукты. — Это вряд ли. Следующие десять минут я безостановочно жевал, молча наблюдая за Алкосом. На лице союзника читалась упорная работа мысли. Наверняка опять пытался что-то просчитать. А ведь я сейчас сам дал ему время… Мысленно обругал себя последними словами, но не проронил ни слова, пока не закончил поздний ужин. — Пить будешь? — он достал флягу. — Давай. Я издалека видел, как он недавно до краев наполнил такую же. Переданная мне фляжка оказалась слишком легкой, по моим ощущениям, там оставалось буквально на донышке. Не мог же он ее так быстро опустошить? Отвинтил крышку и принюхался: «Снотворное растительного происхождения. Через пять минут после приема наступит глубокий здоровый сон», — появились слова перед глазами. — Сам отпей, — протянул ему флягу. — Зачем? Там буквально пара глотков снотворного с восстанавливающими силы добавками. Ты выглядишь изможденным, тебе нужнее. Алкос не зря считался неплохим аналитиком — он быстро сориентировался в обстановке и нашел нужные слова. — Ну, да: я усну, а ты меня обыщешь, заберешь все добытое и — вперед? — Чтобы потом словить пулю Кента, обещавшего меня убить, если вернусь один? Нет, Дмилыч. Я действительно хотел провести обыск, чтобы просто узнать, сколько пирамидок ты вынес из Электрической долины, и посчитать свою долю. Ты не веришь мне, я не верю тебе, поэтому все логично. — А ты уверен, что хоть что-нибудь нашел бы? — Теперь уже сомневаюсь. И ежели так, значит я недооценил твои умственные способности. — Это комплимент? — Скорее — констатация факта, Дмилыч. Ну так как — я узнаю общее количество добычи? — Узнаешь, когда получишь свою долю. Мы договаривались, что половина — моя, остальное поровну между тобой, Кентом и Ларикой. — И когда я ее получу? — Сразу, как выберемся из Живой рощи. Алкос задумался. У него заострились черты лица, а взгляд устремился сквозь меня. — Что ж, пусть будет, по-твоему. Однако я бы хотел еще десять процентов к свей доле за некую очень ценную информацию. — Насколько ценную? — спросил я. — Может так оказаться, что мои слова спасут жизнь тебе и твоим друзьям. — Что ж, подумаю над твоим предложением. Кстати,