— Да, господин!

— Пройди с господином Антуаном в кладовую, и амбар, пусть берёт всё, что ему нужно.

Староста, посмотрев на меня каким-то странным взглядом, и остался возиться с посудой. Я отправился вслед за рабыней, для этого пришлось выйти из дома и попасть в пристройку.

Кладовая встретила меня ароматом копчёностей — окорока и колбасы висели прямо с потолка. Мясо — это, конечно, хорошо, вкусно и питательно, но у меня нет своего дома, чтобы затариваться по полной. И ни к чему оно, поймал кролика, пожарил на огне — вот тебе и мясо. А что мне нужно в кладовой?

Рабыня стояла в сторонке, покорно опустив глаза.

— Дана, ты помнишь меня? — возможно, девушка ждала этого вопроса, потому что ответила сразу.

— Да, господин! Я нашла вас в лесу, истекающим кровью, — рабыня подняла и опустила глаза, мне почудилась жёсткая нотка, до и голос немного изменился, стал увереннее.

— А почему не рассказала своему… старосте?

Она какое-то время молчала, я уже думал, не ответит.

— Я не знаю, господин! Он не спрашивал ничего, а родители учили меня не трепать лишний раз языком… Раны у вас были странными, на звериные клыки не похоже и зажили слишком быстро, лунолика лечит дольше.

— Лунолика, это та холодная каша?

— Это трава, господин! Повезло, что росла рядом, я её разжевала и дала вам, она помогает с заживлением ран.

Столько интересных подробностей, дело не только в том, что я питался нажёванной кем-то травой, но и в самой траве, оказывается, вершки Лунной травы тоже лечебные. И что она делала в лесу одна?

— Ты спасла мне жизнь, я не могу просто сказать спасибо и уйти. Я могу выкупить тебя и дать свободу.

Я уже обдумывал это. И уверен, что староста не откажет, а даже, наоборот, с радостью согласится, он и сам намекал, дело только за ценой. Правда, странно, что Грегос пытается её сплавить, отрастить волосы и вот тебе красавица, и ничего, что с небольшим холодком.

— Вы очень добры, господин, — Дана подняла на меня взгляд. — Но что я буду делать без дома и мужчины? А мой старый дом слишком далеко, я не смогу до него добраться, даже если освободить силу, — девушка коснулась ошейника. — Я ещё слаба, даже с вашей помощью, господин, — теперь это был голос уверенного в своих словах человека, мне почему-то понравилась такая метаморфоза.

Нда, всё страннее и страннее, но я уже решил отплатить за добро.

— У меня нет дома, некуда привести, — я пытался отделаться от мысли, что отказываюсь от предложения руки и, наверное, сердца. — Тебе придётся подождать, пока я наберусь сил.

— Хорошо, господин, я подожду, — я увидел короткую улыбку и поклон.