— Ты ходишь по лесу, значит, понимаешь что-то в травах?

— Я мало что в них понимаю. Вам нужно зайти к госпоже Сальме, она травница.

Мало что понимает, а жизнь мне спасла, это уже о чём-то говорит… Ладно, заболтались мы что-то. Я не для этого пришёл в кладовую.

— Мне нужна соль, какие-нибудь крупы и картофель.

Я не знал, что мне ещё нужно. Не просить же сахар, если он и есть, то, наверное, дорогой, можно и без него обойтись.

Дана кивнула и пошла к полкам, через минуту она вернулась с двумя небольшими мешочками.

— Соль и паприка, господин, — она поклонилась, подарив новую улыбку. — Пойдёмте в амбар, остальное хранится там.

Да, о перце даже не подумал, он вроде как от паразитов помогает и просто приправа, — упрекнул сам себя, следуя за рабыней.

Кроме крупы, похожей на пшено и картошки, Дана предложила мне глиняный горшочек с маслом солнечника, я по запаху определил как подсолнечное, самое то для жарки. Она предлагала и другие корнеплоды, но я отказался, достаточно того, что взял, мне это ещё в лагерь тащить.

Дана проводила меня до дома, сама осталась снаружи, я вошёл.

— Антуан! Что-то немного ты взял, — глядя на полный пакет из супермаркета, встретил меня староста.

— Мне хватит, ты же не откажешь, если я приду в следующий раз? — Грегос всплеснул руками.

— Конечно, нет! Честным людям отказывать нельзя. Ты для меня самый дорогой гость! Я тебе и с ночлегом не откажу, только ты сам откажешься, не из тех людей, — староста хитро улыбнулся. — Не знаю, где ты живёшь, Антуан, но чувствуют мои старые кости, знать мне этого не нужно. Как говорил отец, меньше знаешь, спишь без снов.

— Скажи, Грегос, а почему Дана бреет голову? На больную вроде не похожа, — я всё-таки не удержался от вопроса, а староста встретил его хитрой улыбкой.

— Значит, не ошибся я, глянулась она тебе, — я промолчал, пусть думает что хочет, Грегос сделал свои выводы. — Хорошая рабыня, исполнительная, дважды повторять не нужно…

— Давай, только правду, — не знаю, что на меня нашло, ляпнул на грани с грубостью. — Староста вздохнул.

— Хорошо, Антуан, но видит Тернис, я не желал тебя обмануть. — Грегос зачем-то посмотрел на потолок. — Она нетронутая, — смысл этого слова, я понял сразу, у нас таких девочками называют, или целками. — Не потому, что никто не пробовал, здесь в другом дело… как тебе сказать. Не работает стручок…

— Не стоит, что ли? — перебил я, а староста от души рассмеялся.

— Ты прямо в точку сказал, я это запомню, ха-ха-ха… Я её для сына купил, ну знаешь, старики советуют для укрепления семьи, вот и решил усилить их с Эльмой отношения, чтобы внуков побольше нарожали. А получилось не очень, правда, Эльма опять на сносях, так что всё хорошо.