Свадьба гуляла, а майор думал. Я понял, что сейчас решается моя судьба, не зря же я использовал рунуСано , а потом отдал следователю пузырёк со здоровьем. Как он это воспринял, как взятку или сотрудничество, я не имел понятия. Мне важен результат, моя семья, легализация моей деятельности. Даже для меня не секрет, что госструктуры между собой конкурируют. А вдруг мои слова дойдут до верховного? Тогда я буду либо на коне, либо поселюсь навечно на Этернисе, и тогда придётся что-то решать с семьёй.
Глава 18
«Опыт, сын ошибок трудных», — не, знаю кто это сказал или написал, точно не отец, но он часто произносил эту фразу. Раньше она казалась мне бессмысленной, а теперь начал понимать. Мне этого трудного опыта, ещё набираться и набираться, но что-то можно делать и по наитию.
Я поделился с майором информацией, в этом есть определённый риск. Если он работает на подчинённого того политика и захочет выслужиться, то я, выходит, зря старался. А дай-ка я на негоХармонио кину, создам баланс в отношениях, может, что полезное узнаю. Надеюсь, не получится как с тем таксистом?
Руна влетела в грудь майора, и тот, наконец, решил начать разговор.
— Скажите, Антон Николаевич, вы только лечить способны? Как на счёт навредить?
— Могу, — в памяти мелькнула физиономия Волыны. — Но зачем мне это? Мне проблемы с законом не нужны! — майор смотрел на меня скептически. Где-то в уголках глаз зарождалась улыбка, гармония начала разгоняться.
Я понимал, с чего взялось недоверие, если могу так легко оздоровить человека, даже не прикоснувшись, то и вред не труднее нанести.
— Я не злодей, если меня не трогают, хожу смирно и тихо.
— Большое лихо ходит тихо, — задумчиво произнёс следователь, только короткого смешка не хватало. — То есть вы легко можете от меня избавиться?
Странный вопрос он задал, будто проверить что-то хочет.
— Зачем мне это делать? Вы похожи на адекватного дядю, и ведёте себя адекватно. Я мог просто уйти, вы бы не смогли меня остановить… Я хочу спокойно жить, чтобы не трогали меня и мою семью.
— Боюсь, спокойно уже не получится, — улыбнувшись, произнёс майор. — Знаете, сколько проживает людей на земле?
Ух ты! Что-то изменилось? А где майор из следственного комитета, когда подменили?
— Миллиардов семь-восемь… Вы к тому, что все хотят жить?
— Да, представляете? — он усмехнулся. — Но большинство, больше девяноста процентов людей мирятся с болезнями и смертью. Потому что так было всегда, люди болели и умирали, и так будет всегда. Но, думаю, для вас не секрет, что есть такая прослойка людей, которая может много себе позволить. И жить, разумеется, они хотят дольше, у них много денег, что даёт массу возможностей… Что-то я разговорился…