Каблук, ровная подошва, на прошлогодней листве отпечатались следы обувных гвоздиков, возможно, таков рисунок протектора подошвы. Это не мои следы, я здесь в кроссовках ходил, да и сейчас в них. Я присмотрелся к грунтовке и по мелким деталям разглядел направление движения человека. Для меня это было в новинку, видимо, переборщил с энергией.

Он шёл к заводу, но сначала пересёк грунтовку, появился, значит, из леса.

Я пошёл по следам, человек перемещался по самому краю грунтовки, практически касаясь деревьев, осмотр веток ничего не дал. Впереди раздался хруст ветки, я остановился, превратившись во внимание. Руна бдительности заработала на полную, фиксируя, как ветви движутся от слабого ветра, в оконном проёме мелькнул силуэт. Листва прикрыла основную его часть, но понятно, что это человек.

Я не пробовал применять руну тишины на себе, рискнул кинуть на кроссовки, сделал несколько шагов, наступив при этом на мелкую ветку. Стопа почувствовала, как та сломалась, не издав при этом никакого звука, словно его подавили. Я двинулся дальше, добравшись до стен завода, осторожно заглянул в дверной проём.

У тайника никого не было, зато чуть в стороне крутился невысокий, щуплый мужичок в ветровке, потёртые джинсы, на ногах кирзачи. Он откинул капюшон, предоставив возможность себя рассмотреть. Лет, может, под сорок, небрежная короткая стрижка — он сощурил глаза, поворачиваясь в мою сторону. Я использовалБарило , как и следовало ожидать, гость просто скользнул взглядом и, не обнаружив ничего подозрительного, продолжил осмотр стен.

Нехороший у него взгляд. В соседнем подъезде родительского дома живёт Петрик, не знаю, за какие заслуги он получил погоняло, может, просто от фамилии. Зато в курсе, что он дома живёт не больше месяца, раз в три пять лет. Всё остальное время проводит на зоне, как в одном из любимых отцовских фильмов, «украл, выпил, в тюрьму». У этого типка точно такой же взгляд, недобрый.

Он шарил им по стенам, иногда прикасаясь к старому кирпичу, постукивая, поглаживая, в итоге почти добрался до тайника, коснулся соседнего с ним кирпича и одёрнул руку. Всё, верно, неожиданно он оказался горячим, руна тепла в моём исполнении, быстро нагревает твёрдый и плотный предмет.

Воришка, я уже не сомневался в намерениях этого человека, какое-то время стоял, недоумённо поглядывая на стену и поглаживая кончики пальцев. А я всё ждал разумных действий, вдруг чуйка сработает и решит убраться, всё-таки горячий кирпич на холодной стене, вряд ли он с таким сталкивался. Прошло не больше минуты, и он решился на вторую попытку.