Герт уселся в кресло и погладил пульт.

— Пока здесь делать нечего. Маловероятно, что рагниты смогут добраться до нас ранее рассчитанного срока.

— Будем надеяться, — сказал я.

— Пока спутники контроля перекрывают только двадцать процентов околоземного пространства. Раньше никому в голову не приходило строить подобную систему контроля — она просто была не нужна. Слишком большие расходы непонятно на что. Когда она будет завершена, ни одна шлюпка не подлетит к Земле.

— Двадцать процентов, — я прищёлкнул пальцами. — Значит, сегодня восемь из десяти, что чужой корабль останется незамеченным системой контроля.

— Меньше, — возразил Герт. — Всё зависит от траектории. Большой шанс, что он выйдет из тёмного сектора в прозрачный. Если хотя бы приблизительно знать траекторию.

— У него достаточно мощные двигатели. Ему не нужно слишком заботиться об экономии энергии А как в атмосфере? Мы не сможем его засечь?

— Если он появиться над Федерацией — засечём. Но системами воздушного оповещения прикрыто лишь десять процентов поверхности Земли. Если он рухнет в Чёрных Штатах, в Африке или в океан — ищи ветра в поле.

— Мы должны его встретить, Герт, — решительно произнёс я. — Мне нужен груз этого космолёта.

— Попробуем. Как повезёт.

— Я должен встретить Индейца честь по чести С украденной им «голубикой».

* * *

Лаборатория занимала треть купола в центре Асгарда. Сводчатый зал метров сто в диаметре был заполнен аппаратурой весьма странного вида и не менее странного назначения. «Головастики» с Большой Земли сломали бы голову, пытаясь разобрать, что тут к чему, но им, не приобщённым к научным достижениям Галактики, это было бы непросто.

В пятиметровом цилиндре переливалась какая-то искрящаяся переливающаяся субстанция. Здоровенная конструкция, в переплетениях которой терялся глаз, время от времени озарялась медленно, с, казалось, разумной осторожностью проползающими по серебристому металлу от основания до верхушки молниями. В центре располагался прикрытый силовым полем и наполненный бездонной, космической чернотой бассейн. Что там хранилось — одному Богу да ещё Стивену Диксону, хозяину этих палат, известно. Потолок и стены отливали мерцающим малиновым светом — это означало, что лаборатория заключена в непроницаемый шар силового поля, способного погасить небольшой ядерный взрыв — предосторожность нелишняя, учитывая, каких демонов порой вызывает здесь наш главный «алхимик».

Лика провела нас к противоперегрузочному креслу (зачем оно здесь⁈), в котором, вытянув тощие ноги, развалился Диксон. На его голове красовался контактный комп-шлем, обеспечивающий прямую связь с лабораторным компом, а также с главным компом Асгарда.