Тон разговора, если подумать, однозначно ответить на этот вопрос не позволял.

— Или вы обе?! — по его лицу мелькнула тень озарения.

— А зачем оно вам надо? — спросил Ржевский ласково, хлопая соотечественника по плечу. — Ходатайство вы изложили, причём первому лицу непосредственно. То, что этих первых лиц двое, на ход рассмотрения вашего вопроса никак не повлияет. — Он подумал и добавил. — Слово Ржевского.

— Откуда такая уверенность? — Самбур не сильно поторопился полагаться на чужие слова.

— Слово Ржевского, — повторил опекун. — Мадина, тебе не сложно дорассказать, о чём он думает?

— Гвардия Наместника, ваш посольский приказ, вся команда цесаревича Владимира получили по носу даже не щелчок, — ответила менталистка. — А…

— … а полноценный удар. До кровавых соплей. И?

— Тебе и нам сделать ничего не смогут, особенно в краткосрочной перспективе. Но если замешанные утрутся, возникнут вопросы уже в дееспособности самого Владимира. Чего никто не может допустить: другие команды не дремлют и этих, как слабаков, просто растерзают.

— А-а-а, — Дмитрий понял. — У Самбура единственный вариант — срочно перейти в ваше подданство, дошло. Тогда вы и компенсацию для него выбьете по понятным каналам, — он указал взглядом на постамент для трона, — и на самом высоком уровне его имя прозвучит рано или поздно. Когда из канцелярии императора будут звонить с извинениями царственной сестре.

— Примерно.

Далия, не отпускавшая одной рукой японку, на мгновение задумалась:

— Я не против взять вас под зонтик нашей защиты, но прошу до конца сегодняшнего дня подготовить перечень вопросов, чем нашей короне можете быть полезны вы. В этом городе сейчас.

— От этого будет зависеть ваше решение? — мгновенно среагировал Самбур.

— Вот как нужно держать ментальную атаку, — тихо хохотнул себе под нос Ржевский.

— Нет. Я же уже сказала, я не против. От ответа на ваш вопрос будет зависеть лишь формат вашего взаимодействия с нашим посольством.

Через половину минуты вызванный по бесшумке чиновник увёл ювелира на первый этаж.

— Я не подвела вас, Ржевский-сан, — наконец отмерла Норимацу. — И тебя, — её следующий поклон был адресован Мадине.

Дмитрий как завороженный оба раза качнулся болванчиком вслед за разорванным почти до пупа декольте азиатки.

— Ты можешь привести её в порядок быстро? — спросила подругу аль-Футаим. — А то она ещё на приходе: притормаживает и не во всём адекватна.

— Сейчас. Знаю этот стимулятор, минута.

Мадина, не стесняясь своих, соединила браслеты особым образом, активируя нужную рунную цепочку:

— Стой ровно и смотри мне в глаза.