Через минуту взгляд японки просветлел:

— СПАСИБО! — на этот раз она поклонилась глубже.

Ржевский сделал шаг вперёд, обнял её и без слов прижал к себе.

Та в ответ хлопнула его несколько раз по спине.

— Козёл увидел морковку, — тихо пробормотала менталистка, ни к кому не обращаясь.

— А ведь я сантехнику так и не купил, — опекун расцепился из взаимного захвата со своей бизнес-партнёршей и грустно посмотрел на кучу бумажных пакетов, которые он собственноручно свалил на пол по выходе из портала.

— Погнали в Левый Берег по второму кругу? — абсолютно серьёзно предложила Далия. — Так и не гульнули нормально, у меня ещё куча времени. Мне что-то подсказывает, больше в этом здании ближайшие сутки проблем не будет, по крайней мере, у нашей компании.

Ржевский выпучил глаза, как поднятая на берег камбала, и красноречиво покрутил пальцем у виска.

— Далия права, — коротко заметила Наджиб, не вдаваясь в детали. — Единственное, надо косметику нанести так, чтобы новые лица отличались от предыдущих.

— Эй, вы чего? — взгляд опекуна затравлено заметался от одной дамы к другой.

— Мне актуально обновление гардероба, — поддержала идею протрезвевшая Норимацу. — После такого, наверное, просто на тот ярус заходить не стоит. А ваша сантехника, Ржевский-сан, всё равно же на семнадцатом этаже?

_____

Через двадцать минут, переодев японку в вещи Далии и перекрасившись, они вышли из посольства.

Самым хмурым был Дмитрий. Он беззвучно матерился, пинал подряд всё, попадающееся по дороге под ноги и даже не хотел ловить такси четыре или пять кварталов:

— Вы бы ещё на посольской машине заявились! Отойдём подальше, там поймаем!

*****

— Митя, Настя передавала, у тебя ко мне разговор срочный был?

Интерфейс моего связного амулета определил вызывающего как Барсукова-самого-старшего.

А здорово ему что-то припёрло, если он даже первый позвонил.

— Вы там, говорят, с твоими гостями на Левом Берегу пошумели? — продолжает старик. — Что стряслось-то? А то слухи самые разные.

Мы только вышли из такси и вчетвером идём пешком по набережной к главному входу.

— Мужик, говори мне "вы", — предлагаю достаточно мирно и спокойно. — Или я тебе тоже буду тыкать.

Ай, какого чёрта:

— Мои извинения, сейчас очень неудобно говорить. Вызову сам через минуту, — решительно разрываю соединение, чтобы набрать невесту уже своего деда.

— Митя? Что-то срочное?

Кажется, я невовремя, судя по некоторым деликатным моментам на том конце связи.

— Как имя-отчество твоего дедушки? Вашего главы рода? — в принципе, меня только это и интересует.

Я только поэтому разговор и оборвал: сообразительность под влиянием стресса снизилась и я только после звонка Барсукова-главного сообразил, что даже не знаю, как к нему обращаться.