Какие-то китайцы излишне, к-хм, раболепные перед царственными персонами.

Вовремя удерживаюсь и вслух этого тоже не говорю.

Про себя думаю: если и не изобрету ничего, чтобы помочь деду (а всё к тому идёт), пусть хоть по полной повеселится напоследок.

— Не знаю, с чем ты принеслась, но это крайне невовремя, — заявляю Елене решительно. — Пожалуйста, давай перенесём несрочный разговор.

Хоть зубами скрипи: тут до дедовой семейной кульминации всего ничего осталось, а всякие эгоцентричные иностранки свои местечковые проблемки считают центром вселенной.

— Фигасе. Наш супруг чё, решительно от внимания такой аппетитной девушки отбивается? — присвистывает задумчиво аль-Футаим языком Залива. — Нихрена не поняла из их беседы, но мимика занятная.

— Сама удивляюсь, — кивает Наджиб, кратко переводя ей содержание наших реплик. — Такие сиськи, а Димуля с ней как с Левашовой. Хотя тут есть за что подержаться, — она придирчиво рассматривает стати вошедшей.

— Сиськи никуда не денутся, были и останутся, — не удерживаюсь от язвительного ответа. — Поди, дальше здания Совета Города не убегут — ей у нас справку для вступления в наследство получать… А вот родного деда через пяток минут… чёрствые вы создания!

— Аха-ха-ха!

— Пха-ха-ха-ха-ха!

Вот же… Охота материться.

— Да задолбали вы ржать! — Елена переходит на русский. — У вас боевой менталист внизу был, на деда Ржевского при мне ментальное принуждение подвесил! Я прикинулась, что меня тоже накрыло, потом к вам побежала! Ты!.. — она обличительно вытягивает палец в сторону Наджиб. — Кто за ментальную безопасность штаба Первой Кавалерийской отвечает⁈ Нафига ты своим мозги промываешь, когда у тебя враг на дворе конём гуляет⁈ — гостья из-за рубежа, несмотря на разницу с женой в магических рангах, сомнамбулически качающихся присутствующих оценивает влёт.

И не ошибается, что занятно.

Вот это да, вот это поворот событий. Так и в бога поверить недалеко.

— МОЛЧИ! — без перехода орёт Мадина заграничной коллеге так, что хочется прилечь ничком и вытянуть ноги в сторону шума, прикрывая голову руками. — НЕ ПОМОГАЙ! Я САМА У ТЕБЯ ИЗ ГОЛОВЫ ТАЩУ! В глаза мне смотри!

— На. — Визитёрша с Альбиона делает два стремительных шага внутрь и останавливается с женой глаза в глаза.

— Ой. Правда. — Сипло бормочет Наджиб через долю секунды, растерянно оглядываясь на нас.

Параллельно она щёлкает пальцами — парализованные присутствующие отмирают.

— Что⁈… — Анастасия, почувствовав свободу и не размениваясь на пустословие, со скоростью звука поджигает на пальцах даже не дуплет, а целых три заряда плазмы.