Под вечер Хьйолькег чуть повернул голову, и подул нужный нам ветер. Арне с кормы крикнул убрать весла и поставить парус. Я втянул свое и уложил его вдоль борта. Поднял голову и примерз к месту: одно весло все еще мерно ныряло в воду. Лишь одно. Волчара начал понемногу разворачиваться.
— Убрать весла! — гаркнул Арне во всю мощь.
Шлеп. Шлеп. Шлеп.
Промокшая рубаха то обтягивала широкую спину сакравора, то собиралась складками, когда он откидывался назад.
Шлеп. Шлеп. Шлеп.
Он не мог не слышать приказ.
Эгиль Кот медленно отодвинулся в сторону, не сводя взгляда с Эрна. Вепрь потянулся к топорику, я положил руку на нож.
Шлеп. Шлеп. Шлеп.
Волчара повернулся вполоборота, и волны начали перехлестывать через низкий борт.
Побледневший Альрик подошел к сакравору, тронул его за плечо и тихо сказал:
— Убрать весла.
Эрн приподнял тяжелую голову, долго смотрел на хёвдинга, потом вздрогнул и бросил рукоять. Кот отшатнулся так, что налетел на Хвита и упал на доски.
— Арне, ровняй корабль. Поставить парус! — приказал Альрик.
И мы бросились к канатам, стараясь не думать о том, что произошло. И шепотком пробежали слова Кота:
— Глаза! Его глаза были оранжевыми.
Тварь уже завладевала им. Изнутри, исподтишка.
— Надо было остаться с Иваром, — пробормотал Ларс.
Сакравор привалился спиной к борту, закрыл глаза, а Альрик что-то ему выговаривал.
— Я больше там не сяду, — сказал Кот. — С меня как будто семь шкур спустили. Каждый его вдох как по живому мясу.
— Но он же не напал. Всего-то не расслышал Кормчего, — дернул я уголком рта.
— Видать, ты, Кай, родился позади коричневого сыра(3)! — усмехнулся Оглауд. — Все он расслышал. Он не понял!
— Что это значит? — нахмурился я.
Тулле приобнял меня за плечи и шепнул на ухо:
— Твари не знают человеческого языка. Им что хочешь кричи, все без толку.
Я скинул руку друга и угрюмо уставился на сакравора. Пока еще сакравора.
* * *
1 — Сильная решительная женщина. Аналог русскому «в горящую избу войдет, коня на скаку остановит»
2 — Жевателями углей называли мальчиков, которые просто сидели дома рядом с очагом, в то время как все остальные вспахивали поле.
3 — Родиться позади коричневого сыра — быть глупым, недалеким человеком.
Глава 5
Уже несколько часов мы плыли вдоль неприветливого берега. Серые скалы пронзали серые тучи, а серая вода яростно хлестала по камням, торчащим тут и там. Арне Кормчий не выпускал руля, то и дело выкрикивая команды левому и правому борту: грести, не грести, грести сильнее… Волчара кружился и плясал промеж скал, как пьяная бабенка.
Хвала Фомриру, сакравор больше не забывался. Тут одна такая оплошность — и наше судно пропорет себе брюхо. Ульверы каждый раз после оклика Арне оглядывались на весло Эрна. И каждый раз с облегчением выдыхали: слышит, понимает.