Старик вышел и что-то еле-еле пробормотал.

— Ниче не слышно!

— Запугали деда!

— Силой он вздумал давить! Тут и посильнее будут.

— Молчать! Я — Кай Безумец! Из хирда Альрика Беззащитного!

После Тулле рассказал, что вид у меня был и впрямь безумный: глаза вытаращены, брови насуплены, а на лице улыбка чуть ли не до ушей. Того и гляди, пена изо рта пойдет. Потому люди и остановились. Мало ли, вдруг этот бешеный кинется и покусает кого?

— Мы поселились в этом доме до весны за прокорм, — быстро проговорил Тулле. — Сами все закупили и в дом принесли.

— Я видела, как они мешки сюда таскали, — сказала круглолицая соседка. — И туши разные.

— А потом увидели, что еда пропадает. Оказывается, дочка хозяев к себе ее носит. Вот, с мешком нашей снеди поймали. Верно я говорю, дед?

Тот кивнул несколько раз.

— Да что вы их слушаете? — воскликнула бабенка. — Даже если и так, это и моя семья тоже. Значит, пусть и нас кормят.

— А ведь и верно! — сказала та же соседка. — Твоя семья! Так чего ж ты стариков своих бросила? К себе не перевезла? Прошлой зимой я нет-нет да и угощала их похлебкой. А ты и сушеных грибов не принесла.

Палки и вилы опустились. Люди будто бы очнулись и вспомнили, что дочь, оказывается, совсем нерадивая. Вон до чего дошло! Пришлось чужих людей в дом пустить, чтобы с голоду не помереть. А она и того лишить стариков хотела! Обворовывать своих же родителей!

Зато после этого случая нас вся улица запомнила, каждый пацаненок при встрече здоровался. У кого ни спроси, все знали, что в доме Ньорда живет Кай Безумец из хирда Альрика Беззащитного. Колбас нам, конечно, не вернули, взамен старуха навязала носков шерстяных да шапок.

Золотая монета жгла мне руки. Я то и дело проверял, на месте ли она, не пропала ли, не украли. Подумал, раз есть время, а не заказать ли топорик под свою руку? Секира Эйрика неплоха, только вот я привык к бою со щитом. Да и легковата она уже становится. Хотелось чего-то более мощного, но под одну руку.

Поспрашивал у местных, разузнал, что в Хандельсби аж три кузнеца. Один жил на левой стороне фьорда, старательный, но не особо умелый, он занимался только утварью да инструментами. Гвозди там всякие ковал, молотки, подковы и прочие мелочи. Второй выполнял работу только для конунга, снаряжал его дружину. А вот третий… Третий по слухам был отличным мастером в свое время, сейчас состарился и не брал много заказов, зато он умел ковать оружие для хускарлов. К нему-то я и направился.

Соседский мальчишка вызвался проводить к Кормунду, его кузница была где-то за городом.