— Может, в другом городе поискать? — предложил Вепрь.

— А толку? Там ещё не знают о смерти Торкеля. Никто не доверит нам работу.

— Хёвдинг! Там это… сакравор… ну, который от ярла Сигарра, — выпалил я, подбежав к нему.

— И чего он?

— Тебя хочет.

— Зачем?

— Не сказал. Шарахнул силой, и я побежал.

Я говорил и сам злился на себя. Точно сопливый пацан, который толком объяснить не может, зачем его послал батя.

— Может, у него есть работа для нас…

— У десятирунного-то? — усмехнулся Вепрь.

Сакравор нетерпеливо мерил шагами пристань. Местные работники опасливо косились на его огромную секиру и дергались каждый раз, когда доски скрипели под его ногами. Увидев Альрика, Эрн подлетел к нему и навис угрожающей тушей.

— Беззащитный! Мне нужен твой корабль, — даже не прорычал, а прохрипел хускарл.

— Мы только-только прибыли, — ответствовал хёвдинг. — Сейчас думаем над несколькими предложениями…

Воин вытащил из заплечного мешка сундучок и сунул его в руки Альрику.

— Вот плата.

— И куда плыть?

— Обратно. К моему ярлу, — сакравор ткнул пальцем в двурунного пацана. — Вот этот карл принес весть, что ярл Сигарр мертв. Эта свинья Хрейн нарушил слово и убил его.

Альрик тут же посерьезнел, как и хирдманы.

— Он пошел против воли конунга?

— Против конунга, богов и чести!

— Ты должен поехать к Рагнвальду, потребовать суд…

— Нет! — взревел сакравор. — Я убью его собственными руками! Я обещал! Обещал Сигвальди, что позабочусь о его сыновьях! Старшего не уберег. А теперь и Сигарр… Как меня встретит в дружине Фомрира ярл? Что он скажет?

Хёвдинг помолчал, глянул на нас, на сундучок с серебром.

— Кай! Собери ульверов. Отплываем сегодня же.

* * *

Драккар не плыл. Летел.

Хьйолкег так и не смилостивился над нами, потому мы сидели на веслах. Сакравор греб с такой силой и упорством, что Альрик убрал трёх гребцов с его стороны, иначе Волчара начинал крутиться на месте. С каждым рывком корабль словно перескакивал с места на место.

Даже четырехрунные карлы не могли поспевать за движениями Эрна. Мы уже по несколько раз сменили друг друга, а сакравор всё греб и греб. Если бы он мог, то выпрыгнул бы за борт и толкал бы корабль руками.

Мы остановились переночевать на одном из безлюдных берегов, но проспали едва ли несколько часов. Чуть только на горизонте забрезжил свет, как Эрн поднял нас и, с трудом выждав, пока мы перекусим, засел за весла.

Во второй половине дня Хьйолкег все же приоткрыл одну ноздрю, и попутный ветер туго натянул парус. Грести стало бесполезно. И сакравор, оставшись без дела, затосковал ещё сильнее. Он то и дело начинал ходить взад-вперед, останавливался возле носовой фигуры, всматривался вдаль, садился, снова вскакивал. Скажи ему кто, что за одну жертву Нарлу корабль поплывёт хоть немного быстрее, Волчара тут же бы искупался в нашей крови.